— Хорошо. Если хотите, я извинюсь за свою грубость. Я не должна была говорить так с вами.

— Ну, хоть в чем-то мы пришли к соглашению, — ответил граф, подходя к ней.

Тео оглянулась. Еще немного, и она будет прижата к шкафу, что лишит ее возможности маневра.

Сильвестр ухватил ее за черную косу и стал осторожно притягивать, пока ее лицо не оказалось рядом с его плечом.

Он разглядывал это лицо, словно видел его впервые. Глаза Тео потемнели, и он читал в их глубине неприкрытый вызов, а губы ее чуть приоткрылись, словно она собиралась разразиться очередной гневной тирадой.

Чтобы предотвратить такую возможность, он притянул ее еще ближе и поцеловал.

Тео ловила ртом воздух и вся напряглась, вновь приготовившись к борьбе. Его светлость пальцем свободной руки погладил ее веки. Затем его губы вновь слились с ее губами.

Тео была так удивлена и напугана, что на какое-то мгновение забыла о сопротивлении, и в этот миг обнаружила, что ей нравится его поцелуй. Она вдыхала запах кожи графа и вкус вина на его губах. Все это было для нее в диковинку.

Вдруг Сильвестр отпрянул от нее.

— Будь я проклят, — пробормотал он. — Со сколькими мужчинами ты целовалась, цыганка?

— Ни с одним, — честно ответила она.

Она, правда, целовалась с Эдвардом несколько раз, но их невинные объятия не имели ничего общего с тем, что только что произошло. Гнев ее улетучился, уступив место удивлению и любопытству. Она даже не была уверена, что все так же ненавидит этого человека.

— Будь я проклят, — повторил граф, и слабая улыбка тронула уголки его губ, а в глазах сверкнули искорки изумления. — Сомневаюсь, что вы будете покорной женой, кузина, и готов биться об заклад, что вы полны сюрпризов.

Она выдернула у него из рук свою косу и сделала шаг назад.

— Не могу понять, какое это имеет отношение к вам, лорд Стоунридж.

— Ах да, я и забыл, что мы еще не обсудили самого главного, — проговорил граф, рассматривая ее со всевозрастающим любопытством. — Так вот, мы собираемся пожениться, вы и я.

—Пожениться?

Тео уставилась на графа в полной уверенности, что в нем угасла последняя искра разума.

— Да, у меня есть разрешение вашей матери обратиться к вам с этим предложением, — проговорил он с улыбкой, которую Тео сочла усмешкой умалишенного.

— Моя мать? — Она покачала головой. — Мой дорогой сэр, вам совершенно необходимо обратиться к врачу. Она двинулась к двери. Он остановил ее, схватив за руку.

— Послушайте, кузина!

— Я не собираюсь слушать вздор лунатика! — резко оборвала его Тео. — Я предлагаю., .

Предложение осталось невысказанным, так как она неожиданно для себя вспорхнула к потолку и приземлилась в кресле, стоявшем в углу комнаты. Лорд Стоунридж склонился над ней, уперев руки в стену по обе стороны от нее. Лицо его было очень близко.

— Ну, теперь вы уделите мне немного внимания, дорогая кузина? — спросил он с наигранной мягкостью.

Почувствовав едва уловимое движение ее ноги, он продолжил тем же самым тоном:

— Советую хорошенько подумать, прежде чем вы выкинете очередное коленце.

Тео, которая как раз и собиралась это сделать, подумала и отказалась от удовольствия лягнуть своего врага.

— Так вы уделите мне внимание, кузина?

— Мне кажется, у меня нет выбора, кроме как выслушать вас, — едко заметила Тео, испытывая желание не слышать этого голоса, в котором, казалось, смешались и угроза, и обещание.

Сильвестр выпрямился и провел рукой по своим темным волосам, взъерошив короткую стрижку.

— Мне кажется, мы вполне можем поладить, — проговорил он не без раздражения. — Не всегда же нам сражаться врукопашную.

Тео закрыла глаза, принуждая себя к молчанию. Если она не будет реагировать, он, вероятно, скорее уйдет и этот кошмар закончится. Но он говорил, убеждая ее, что единственным справедливым решением был бы их брак. Ее мать не должна будет больше беспокоиться о приданом для своих дочерей, поскольку он обеспечит их за счет имения. Леди Белмонт переедет в старый дом, но сохранит все контакты с главной усадьбой. А сама Тео… ну, она должна сама видеть выгоды этого соглашения.

Выгоды! Она открыла глаза, как только он замолчал.

— Я не выйду за Джилбрайта, даже если он будет последним мужчиной на земле, — проговорила она и встала.

Теперь граф был достаточно далеко, и она чувствовала себя свободнее.

Граф сделал еще одну попытку убедить Тео:

— Поймите, то, что произошло в далеком прошлом, больше не имеет никакого отношения ни к кому из нас. Разве вы не видите, что я пытаюсь быть выше предрассудков?

— Возможно. — Тео пожала плечами и пошла к двери. — Возможно также, что мне следовало быть точнее и сказать, что я не выйду именно за вас, останьтесь вы последним мужчиной на земле.