Тео откинула одеяло и яростно проговорила:

— Стоунридж вовсе не милый… какой угодно, но только не милый!

Кларисса кивнула:

— Да, я согласна. Это слишком… слишком мягкое слово для его характеристики.

— Хорошо, — не без раздражения ответила Эмили. — Я, несомненно, не обладаю твоими лингвистическими способностями. Во всяком случае, мне он нравится и маме тоже.

— А мне нет, — возразила Тео. — Я его ненавижу!

— Но так не может быть, — проговорила Кларисса. — Ты не согласилась бы выйти замуж за человека, которого ненавидишь.

— О, ты не знаешь, насколько убедителен он может быть, — с горечью сказала Тео.

Ей живо припомнились мгновения, пережитые ею прошлой ночью в розарии. Боже праведный, как она допустила, чтобы это произошло?

— Вполне понятно, что ты трусишь и колеблешься, — проговорила Эмили с видом умудренной женщины, которая уже давно прошла предварительные этапы. — Когда мы с Эдвардом решили пожениться, меня долго мучили сомнения… я все думала, правильно ли я поступаю.

— Эдвард — это не Стоунридж, — заметила Тео. — Эдвард — вот он действительно милый.

Она решительно откинула одеяло и встала.

— Мне надо сказать графу, что я совершила ошибку.

— Ты не можешь этого сделать, Тео! — Эмили была шокирована. — Ты будешь выглядеть обычной вертихвосткой… мама этого не одобрит.

— Мама не ждет от меня, что я выйду за человека, которого ненавижу, только лишь из-за минутной слабости.

— Минутной слабости? — переспросила Кларисса, и глаза ее загорелись от любопытства. — А что случилось? Тео почувствовала, что краснеет.

— Ничего… право же, ничего.

— Ну, выкладывай же, Тео, что случилось? Я очень люблю минутные слабости. — Доискиваясь истины, Кларисса была словно терьер, вцепившийся в крысу.

— Тео, наверное, имеет в виду, что граф поцеловал ее, — заявила Эмили с проницательным видом. — Это вполне допустимо между помолвленными… минутная слабость тут совершенно ни при чем.

— Да помолчите вы обе!

Тео сбросила ночную рубашку, подошла к туалетному столику и наклонилась, чтобы плеснуть холодной воды на лицо.

— Ну, так он тебя поцеловал? — не отставала Кларисса.

— Если вы уж так настаиваете, он сделал гораздо больше, — проговорила Тео голосом, приглушенным полотенцем, которым она вытиралась.

— Тео! — воскликнула Эмили.

— И что же он сделал? — настаивала Кларисса, с интересом разглядывая сестру, стоящую нагишом.

— Не скажу.

Тео поспешно схватила свою рубашку и натянула ее.

— Конечно, граф уже немолод, — рассудительно заметила Эмили. — Он гораздо старше тебя и, я уверена, намного опытнее.

— Но так и должно быть — он ведь солдат, — вставила Кларисса.

— Но ведь и Эдвард тоже солдат.

— Бьюсь об заклад, что Эдвард теперь тоже намного опытнее, чем был прежде, — заявила Тео, довольная тем, что разговор переключился на другую тему.

Она быстро пробежалась глазами по своему гардеробу в поисках платья… чего-нибудь попроще. Она не хотела, когда будет говорить со Стоунриджем, давать ему повод вспомнить, что привело к ошибке.

— Ты еще не сказала маме?

— Нет… это случилось всего несколько часов назад, когда все спали.

— У тебя ночью было любовное свидание?

— Не совсем… это не было условленным свиданием… это была неожиданная встреча. На самом деле вся эта проклятая история просто цепь нанизанных друг на друга ошибок.

— Какое плохое слово!

Все трое повернулись к двери.

— Рози, тебе надо было бы научиться не подкрадываться и не подслушивать, — набросилась на нее Кларисса.

— А я и не подкрадывалась. Что такое «вертихвостка»?

— Как давно ты здесь прячешься? — спросила Тео. Она лихорадочно припоминала, что говорила много всяких вещей, не предназначенных для детских ушей.

— Я не пряталась, я просто тихонько стояла, — запротестовала Рози. — Кто-нибудь пойдет со мной ловить бабочек?

Рози помахала сачком, который был у нее в руках.

— Только не сейчас, — рассеянно ответила Эмили. Как и Тео, она пыталась точно припомнить, что же она сама говорила. Рози прошла в комнату и уселась на кровать.