— Насколько я знаю, Стоунридж служил в Португалии, — отозвался сэр Чарлз.

— Вы уже уезжаете? — подошла к ним Тео. — Благодарю вас, сэр Чарлз, за то, что вы сопровождали меня в церковь.

— Я сделал это с радостью, моя дорогая. — Он поцеловал ее в щеку. — Надеюсь, что вскоре Стоунридж сделает то же самое для Эмили.

Эмили покраснела, а Тео рассмеялась и крепко обняла сестру.

— Разумеется, сделает! Я чувствую, что очень скоро Эдвард будет дома.

— Почему ты так думаешь, Тео? — спросила леди Ферфакс, надевая плащ.

Тео нахмурилась. Почему она это сказала? Просто слетело с языка? Нет, она знала, что это правда. У нее было предчувствие…

Чья-то рука опустилась ей на плечо, и Тео взглянула на мужа, который незаметно подошел к ним.

— Не хотите ли, дорогая, пройтись в новый дом вместе с матерью и сестрами?

— Да, конечно, — сказала Тео с запоздалым энтузиазмом.

В глазах графа заиграли смешливые искорки. У его жены на уме что-то совсем иное.

— Тогда идем. Леди Илинор и Кларисса ожидают вас с Эмили. Сэр Чарлз, леди Белмонт надеется, что вы и леди Ферфакс выпьете с нами чаю в новом доме.

— С удовольствием, — бодро проговорила леди Ферфакс.

Она двинулась на поиски леди Илинор, и все остальные последовали за ней.

Они подошли к дому. Все чувствовали некоторую неловкость. Ведь леди Илинор теряет родовое гнездо, которое по праву принадлежало бы ей, если бы ее муж был жив.

У дверей дома леди Илинор поцеловала Тео в обе щеки и спокойно сказала:

— Я не буду тебе надоедать, дорогая. Когда вы с мужем будете готовы к приемам, пришли Билли с запиской. В помощь тебе остаются Фостер, миссис Грейвз и кухарка.

Они еще раньше договорились, что Тео, когда возьмет бразды правления хозяйством в свои руки, будет нуждаться в старых слугах больше, чем ее мать в гораздо меньшем доме.

Леди Илинор протянула руку зятю:

— Желаю вам всего хорошего, Стоунридж.

— Благодарю вас, миледи, — проговорил Сильвестр, целуя ей руку.

Их взгляды встретились, и она мягко сказала:

— Тео не всегда легко понять, сэр, но она стоит ваших усилий.

Граф взглянул на свою жену, которая в эту минуту прощалась с сестрами, и улыбнулся:

— Я это знаю, миледи.

Девушки шептались, наклонив головы друг к другу, затем кружок распался, и граф увидел три смеющиеся мордашки. По их шаловливым физиономиям Сильвестр понял, что у сестер был разговор, похожий на тот, что он случайно услышал днем раньше. Тео отошла от сестер и встала рядом с ним.

Обняв ее за плечи, Сильвестр повел ее назад по дорожке, и, пока они шли, оба ощущали, как их провожают взглядами те, кто оставался в новом доме.

Тео подобрала шлейф, перекинула его через руку и побежала к усадьбе.

На секунду опешив, граф бросился за ней в погоню.

— К чему такая спешка, цыганка?

— Надеюсь, вы сами знаете ответ, — сказала она, положив голову ему на плечо и глядя на графа с видом невинной пастушки.

— Не сомневайся, моя прелесть, — проговорил граф и неожиданно вскинул Тео на плечо. — Полагаю, так будет гораздо быстрее.

И, не обращая внимания на ее громкие жалобы на столь недостойный для графини способ транспортировки, он зашагал вверх по лестнице в дом.

Когда они вошли в холл, Тео подняла голову. Дом казался пустым.

— Куда все подевались?

— Ушли и празднуют нашу свадьбу. Кто на заднем дворе, а кто в «Зайце и гончих».

— Ты хочешь сказать, что дом пуст? — воскликнула Тео.

— Если не считать нас с тобой, — ответил Сильвестр, поднимаясь по лестнице через

ступеньку, несмотря на свою ношу.

Он ногой распахнул дверь спальни и довольно бесцеремонно бросил Тео на постель.

— Ну, леди Стоунридж, пусть наш брак станет нерасторжимым!

—А что теперь? — Тео приподнялась на локтях и смотрела на мужа с насмешливой улыбкой. Часы на камине пробили четыре. Свадебная ночь начиналась довольно рано.

— Для начала оставайся там, где лежишь, и ничего не делай.