— Вы уверены, что никогда не видели Джессику Саммерз? Или Грэйс Уинтроп? — не унимался Слоун.

— Даже если и видел, то ни одна из них не произвела на меня большого впечатления.

Коул схватил шерифа за руку и потащил к двери. Райан не сводил глаз с Лемонта.

— Шериф поторопился, — начал он, — Его выводы ни на чем не основаны.

— А если кто-то из приезжих оставил сумочку? — предположил Лемонт. — Их немало бывает в нашем городе. Обычно они желают полюбоваться водопадами, цветами, которыми покрыты холмы. Некоторые люди очень наглые. Две недели назад такой вот нахал совершил настоящий акт вандализма! — Старик затрясся от негодования. — Сорвал в моем саду все тюльпаны! Несколько раз я обращался к шерифу Слоуну с просьбой принять меры, но коль вы сами пришли в мой дом, прошу вас наказать преступников. Настаиваю, — добавил он, — не важно, чьих рук это дело: ребенка или взрослого. Хулиганы должны предстать перед судом!

Коул вернулся в гостиную при последних словах Лемонта.

— Похоже, вы заботитесь больше о своем саде, чем…

—…чем о людях, которые погибли в банке? — перебил Лемонт. — Вы правы, так и есть. Цветы, видите ли, для меня представляют большую ценность. Они служат красоте, а я люблю красоту.

— Пошли, — сказал Коул Райану. — Мы и так отняли у господина Лемонта много времени.

Мужчины направились к двери.

— Я бы не хотел, чтобы вы кому-то рассказывали о нашем разговоре, — предупредил Райан. — Иначе вы будете арестованы.

Лемонт поклялся молчать, однако не счел возможным выполнить обещание. Через час к нему пришел гость, и он изложил ему разговор с представителями закона слово в слово. Он поделился новостями и со своей экономкой Эрнестиной Хоппер, которая не умела держать рот на замке, и уж конечно, она раззвонила всем знакомым, что, возможно, есть свидетель преступления, а повторяя историю в четвертый или пятый раз, уже спокойно пропускала слово «возможно», уверяя, что свидетель ограбления есть.

Слухи, совершив круг по городу, как и полагается, вернулись к Райану и Коулу. История ограбления банка пышным цветом расцвела на первой странице новостей в «Рокфорд-Фоллз газетт». Убежденный, что это самая горячая городская новость, репортер уговорил издателя сделать вечерний выпуск. Впервые за всю историю существования этого листка жители городка получили два выпуска газеты в один день. И надо ли говорить, что специальный выпуск вызвал настоящее потрясение.

Райану хотелось кого-нибудь убить. Коул предложил ему начать с шерифа, а потом пойти в дом Морганстаффа, застрелить его самого и всадить по пуле в каждый из его цветочков. Маршалы, расстроенные и раздраженные, направляясь вечером в ресторан Мелтона, обсуждали по дороге, что делать со Слоуном. Они еще не поговорили с тремя дамами. Джессика Саммерз и Грэйс Уинтроп уехали по делам и вернутся в пансион не раньше ужина. Ребекка Джеймс находилась в гостинице, но плохо себя чувствовала. Впрочем, она надеялась, что завтра ей станет лучше и она ответит на вопросы представителей закона.

Райан и Коул уже опросили восемнадцать человек из тех, кто приходил в банк, но расследование не сдвинулось с мертвой точки. Никто ничего не видел и не слышал. Абсолютно ничего необычного!

Сумерки спускались быстро, но день еще не закончился. После ужина они решили пойти в пансион побеседовать с Джессикой и Грэйс.

Редкие гуляющие пары, попадавшиеся им навстречу, уступали дорогу, а когда маршалы сели за столик в ресторане, большинство ужинавших поднялись и ушли.

— Тебя это раздражает? — поинтересовался Райан у Коула, кивнув на дверь, когда трое мужчин, торопливо подталкивая друг друга, устремились на улицу.

— Нет, — ответил Коул. — Я привык. Каждый раз, когда приезжаю в незнакомый город, люди почему-то вскакивают с мест, принимая меня за бездумного стрелка.

— Так ты им и был, — напомнил ему Райан. У Коула не было настроения спорить с Райаном.

Он подался назад, позволяя хозяйке поставить на стол рагу из кролика и корзинку с горячим хлебом.

— Если вы не против, я бы попросила вас поторопиться с едой. Я закрываю заведение.

Коул еле сдержался. Женщина была старая, уставшая и тощая как палка. Он вежливо спросил у нее про кофе. Она довольно резко и строго осведомилась: не собирается ли он засиживаться за столом из-за кофе?

— Мзм, ни уполномоченный Райан, ни я не убивали семерых несчастных, которых только что предали земле. Будьте любезны, перестаньте, пожалуйста, обращаться с нами как с бандитами.

— А почему вы не поймали убийц? Люди ждут от вас действий!

— Мы делаем все, что можем, устало сказал Райан.

— Знаю, вы расспрашивали людей, приходивших в банк в день грабежа.

— Да, слухи быстро распространяются, не так ли? — обратился Коул к Райану, а потом снова повернулся к женщине: — Увы, никто из ваших друзей или соседей ничего не видел. Они не видели, как приехали бандиты в город, как уехали. Никто не слышал ни единого выстрела!.. — добавил он.

Она сочувственно посмотрела на мужчин и внезапно смягчилась:

— О, некоторые, конечно, слышали выстрелы. Видимо, просто боятся. А вы, мальчики, устали, да? Меня зовут Лорин, — представилась она. — Сейчас принесу кофе.

Через минуту она вернулась, наполнила две чашки и поставила кофейник на стол.

— Я сама вот что думаю. Кто-то расскажет вам, что видел и слышал, но большинство промолчит. Мы хорошо знаем, что случается с теми, кто откроет рот. Банда вернется и отомстит. Все знают про их зверства. В прежние времена я никогда не слышала ничего такого. Люди не были жестокими. Я читала, как эти мерзавцы ограбили банк в Техасе и убили женщину с девочкой. Ребенку не исполнилось и трех лет.