Эстер по-прежнему много ездит, собирая материал для своих статей, но, бывая в Париже, непременно приходит к нам. Однажды она говорит мне, что в ресторан приходят только те, у кого есть деньги, а нам надо работать с молодыми. А где они?
– спрашиваю я. Ходят, бродят, одеваются как нищие или как персонажи научно-фантастических фильмов.

Еще она говорит, что личной истории нет у бродяг - так почему бы нам не поучиться у них? Так я встретился с вами.

Все это составляет суть моей жизни. Вы никогда не спрашивали, кто я, чем занимаюсь, потому что вас это не интересовало. Но сегодня среди нас оказался знаменитый писатель, и я решил рассказать вам об этом".

***

– Нo ведь ты говоришь о своем прошлом, - замечает нищенка в шляпке, никак не подходящей к ее жакету.
– Хотя старик-кочевник...

– Что такое "кочевник"?
– перебивает ее кто-то.

– Это - нечто вроде нас с тобой, - гордясь тем, что ей известно значение этого слова, отвечает нищенка.
– Свободный человек, который довольствуется лишь тем, что можно унести на себе.

– Не совсем так, - вмешиваюсь я.
– Они - не бедняки.

– Да что ты знаешь о бедности?!
– рослый человек, на которого подействовала новая порция водки, злобно смотрит мне прямо в глаза.
– Ты полагаешь, что бедность - это когда нет денег?! Ты считаешь нас убогими и отверженными потому лишь, что мы просим милостыню у всяких там богатых писателей, у супругов, замученных чувством вины, у туристов, которые жалуются на то, какая в Париже грязь, у юных идеалистов, уверенных, что могут спасти мир?! Это ты нищий - потому что не распоряжаешься своим временем, не имеешь права делать что хочешь и обязан следовать правилам и нормам, которые не ты придумал и которые тебе непонятны.

Снова Михаил прерывает его.

– Так о чем ты хотела спросить?
– обращается он к нищенке.

– Почему ты рассказал свою историю, если старик велел позабыть ее?

– Теперь эта история уже не моя - каждый раз, как я говорю о прошлом, я чувствую, что все это стало бесконечно далеким для меня. В настоящем остаются - Голос, присутствие, необходимость исполнять поручение. Я не страдаю по поводу тех трудностей, что пережил когда-то, ибо они помогли мне стать таким, каков я ныне. Я чувствую себя, как должен чувствовать себя воин, которого много лет обучали боевому искусству: он не помнит в мелочах все, чему научился, но сумеет в нужный момент нанести удар.

– А почему ты с этой журналисткой приходил к нам?

– Чтобы подпитываться. Как сказал старик-кочевник, мир, который мы знаем сегодня, - это всего лишь рассказанная нам история, но едва ли она правдива. Есть и другая история - о дарованиях, о могуществе, об умении проникнуть далеко за пределы известного нам. Хотя я жил с присутствием начиная с раннего детства и на каком-то этапе даже получил возможность видеть его, Эстер показала мне, что я не один. Она познакомила меня с людьми, наделенными особыми свойствами и дарованиями: один мог силой мысли двигать столовые приборы, другой производил хирургические операции заржавленными инструментами и без наркоза, причем пациент немедленно после этого вставал и уходил на своих ногах. Я еще только совершенствую и развиваю свой неведомый дар, но мне нужны союзники, люди без прошлого - такие, как вы.

Теперь уже мне захотелось рассказать свою историю этим незнакомым людям, начать избавляться от своего прошлого, но было уже совсем поздно, а вставать наутро надо было рано - доктор обещал снять ортопедический воротник.

***

Я спросил Михаила, не подвезти ли его, но он отказался, заявив, что хочет пройтись - сегодня он особенно скучает по Эстер. Мы оставили бродяг и двинулись по проспекту туда, где можно было взять такси.

– Мне кажется, та нищенка была права, - заметил я.
– Если вы рассказываете историю, то, значит, не освобождаетесь от нее.

– Я - свободен. Но вы должны понимать - и в этом-то весь секрет, - что некоторые истории обрываются на середине. Они никуда не уходят, а не завершив предыдущую главу, мы не можем перейти к следующей.

Я вспомнил, что прочел в Интернете текст, приписываемый мне (хотя я не имею к нему никакого отношения):

"... и потому так важно, чтобы кое-что шло своим чередом. Надо отпускать. Освобождаться. Люди должны понять - никто не играет краплеными картами: иногда мы выигрываем, иногда остаемся в проигрыше. Не следует ждать, что тебе вернут его, что оценят твои усилия, что признают твой талант, что поймут твою любовь. Завершай цикл. Не из гордыни, не по неспособности, а просто потому, что это больше не вмещается в твою жизнь. Закрой дверь, смени пластинку, прибери дом, выбей пыль. Перестань быть таким, как был, стань таким, каков ты сейчас".

Но лучше согласиться с тем, что говорит Михаил.

***

– А что такое "прерванные истории"?

– Эстер здесь нет. В какой-то определенный момент я не смог продолжить процесс того, как она освобождается от несчастья и возвращает себе радость бытия. Почему? Потому что ее история, как и история миллионов других людей, связана с Энергией Любви. Она не может развиваться одна: либо перестанет любить, либо надеется, что любимый придет к ней. В несчастливых семьях происходит так: если один из супругов остановился, другой вынужден сделать то же самое. И, покуда он или она ждет, появляются возлюбленные, благотворительность, избыток внимания к детям, работа на износ и прочее. Куда проще было откровенно поговорить о том, что происходит с их браком, настоять на своем, крикнуть: "Пойдем вперед! Ведь мы умираем от тоски, от забот, от страха!"