— Я уже не раз говорила тебе, я не Джиневра, — гордо произнесла Феба. — Я гораздо умнее ее. Габриэль, поверь мне.

— В самом деле? — Он мрачно усмехнулся. — Признайся, моя дорогая, когда же ты собиралась показать мне эту незначительную записку?

Феба побледнела.

— Я же сказала, я не хотела, чтобы ты тревожился из-за нее.

— Знаешь ли, я куда больше тревожусь из-за того, что ты пыталась скрыть ее от меня.

— Ты ничего не понимаешь.

— Я все прекрасно понимаю, — сказал Габриэль, — я должен найти Бакстера — и как можно скорее. Пора положить этому конец.

Стук в дверь разрядил напряженную атмосферу.

— Кто там? — спросила Феба.

Горничная приоткрыла дверь и присела в реверансе:

— Прошу прощения, мэм, леди Кларингтон ждет внизу и хочет немедленно переговорить с вами.

— Я сейчас спущусь, — ответила Феба. В дверях она быстро оглянулась на Габриэля. — Вам лучше последовать за мной, милорд, — холодно произнесла она, — мама, наверное, захочет сообщить новости нам обоим.

— Подожди, Феба. — Габриэль попытался удержать ее, но тут же отказался от этого намерения. Он понимал, что опять обидел ее, но не знал, что делать. «Чертов Бакстер, — с ожесточением повторил он про себя, — это все из-за него».

Не говоря ни слова, Габриэль начал спускаться по лестнице рядом со столь же безмолвной Фебой. Правда, едва они вошли в гостиную, Феба просияла.

На диване расположилась графиня Лидия, словно само воплощение моды и хорошего вкуса. Она прямо-таки сгорала от нетерпения выложить новости.

— Наконец-то, Феба. Как хорошо, что Уальд тоже здесь. Я должна вам кое-что рассказать.

— Добрый день, леди Кларингтон, — вежливо произнес Габриэль.

— Мама, что ты узнала? — потребовала Феба, едва успев сесть.

— Сегодня я играла в карты у леди Клоудейл, — начала графиня Лидия, — проиграла двести фунтов, но история того стоит. Мы премило беседовали и по ходу дела я упомянула имя Бакстера.

— Что же вы услышали в ответ? — нахмурился Габриэль. Глаза графини засверкали.

— Леди Рэнтли, как ей кажется, припоминает, что три года назад, незадолго до того, как Бакстер покинул Англию, у него была содержанка, скорее всего из актрис.

— Содержанка?.. — Феба явно была поражена. — Ты хочешь сказать, что в то самое время, когда он разыгрывал преданного Ланселота, у него была любовница? Какая наглость!

Графиня Лидия встретилась взглядом со своим зятем и подмигнула ему. Габриэль с облегчением улыбнулся. Он должен был признать, что в долгу у своей тещи. За каких-то десять секунд она уничтожила репутацию Бакстера в глазах Фебы — Габриэлю не удалось сделать это за неделю.

— Леди Рэнтли известны какие-нибудь подробности об этой женщине? — спросил Габриэль.

Он видел, что Феба прямо-таки полыхает от ярости.

— Совсем немного, — ответила графиня Лидия. — Говорят, с тех пор, как Бакстер уехал, она занялась делами почище…

— Что значит «почище»? — заинтересовалась Феба. Ее мать торжествующе усмехнулась:

— Она открыла бордель — один из самых популярных в городе. Само собой, леди Рэнтли не знает, где он находится. Но я как следует подумала и пришла к выводу, что это заведение скорее всего существует и по сей день. Не вижу никаких причин, почему она должна была закрыть его. — Графиня взглянула на Габриэля. — Вы могли бы его отыскать и побеседовать с бывшей возлюбленной Бакстера — вероятно, от нее удалось бы вытянуть что-нибудь важное.

— Да, возможно. — Габриэль уже направлялся к двери. Новости, доставленные тещей, позволяли значительно сузить круг поисков.

— Минуточку, милорд, — остановила его Феба, — куда, собственно говоря, вы направляетесь?

— Попробую отыскать любовницу Бакстера.

— То есть вы отправляетесь в бордель! Может быть, даже не в один! — возмутилась она. — Я не позволю вам и приближаться к подобным местам!

Габриэль нетерпеливо отстранил ее:

— Не тревожьтесь, мадам. Я не собираюсь опробовать товар. Мне нужна информация, и только.

— Я не пущу тебя одного, — запротестовала она, — я пойду с тобой.

Графиня Лидия испустила испуганный стон:

— Боже, какая глупость, Феба. Ты ведь не можешь сопровождать своего мужа в бордель!

— Твоя мать совершенно права, — моментально подхватил Габриэль, благодарный теще за поддержку. Подойдя к Фебе, он взял ее за руку. Ее нескрываемая ревность вызвала у него улыбку, она согревала его сердце. — Успокойся, моя дорогая. Я благодарен тебе за заботу, но беспокоиться не о чем. Поверь мне.