— Мы спрашивали их обоих, где они были в новогоднюю ночь. Если это связано с убийством ребенка в вашем городе...

— Возможно.

— Не все еще потеряно, Карелла. Мы не упускаем из виду никого из тех, кто был в ту ночь в Сиэттле. Но если кто-то нам говорит, что бродил в это время по восточному побережью...

— А что сказал Жиллетт?

— В то время он был в ваших краях.

— Здесь? — переспросил Карелла и ближе наклонился к микрофону.

— Он ездил к бабушке на праздники.

— Вы это проверили?

— Нет, я выходил пописать, — ответил Боннем. — Почему бы вам самим не проверить бабушку. Ее зовут Виктория Жиллетт. Она живет в Бестауне. У вас есть такое место — Бестаун?

— Да, у нас есть такой район, — подтвердил Карелла.

— Я разговаривал с ней по телефону, и она подтвердила рассказ Жиллетта.

— Что за рассказ?

— Что они вместе ходили в театр в новогоднюю ночь.

— Жиллетт и бабушка?

— Бабушке только шестьдесят два года. И живет она с дантистом. Все втроем они смотрели «Воскрешение...». Как это называется? Я не могу прочесть свои записи, ничего не вижу без очков.

Карелла ждал продолжения.

— В любом случае, — сказал Боннем, — дантист утверждает то же самое. Все втроем ходили смотреть, черт знает как это называется — «Чарли...», «Что-то Чарли...», — а потом вышли на улицу вместе с публикой и направились в отель «Элизабет», есть такой отель у вас?

— Есть такой отель, — вновь подтвердил Карелла. — Они были в зале «Релей», где бабушка и дантист танцевали, а Эдди пытался закадрить блондинку в красном. Так говорили Эдди, бабушка и дантист, которого зовут Артур Ротштейн. Мы не установили имени блондинки в красном, — сухо произнес Боннем, — потому что Жиллетта отшили.

— Где он был между часом сорока пятью и двумя тридцатью?

— Ухлестывал за блондинкой.

— Дантист и бабушка...

— Подтверждают, точно.

— А как насчет ее второго друга?

— Его зовут Харли Симпсон. Она встречалась с ним до того, как познакомилась с Жиллеттом. У него на ту ночь, когда ее убили, алиби длиною с милю. И в новогоднюю ночь он был здесь, в Сиэттле.

— М-м-м, — промычал Карелла.

— Вот так! — подытожил Боннем.

— А как воспринял все это старик?

— Он еще не знает, что она мертва. Его вовсю пичкают успокоительными, ему самому надо выкарабкаться.

— А есть кто-нибудь еще в семье? Другие сестры, братья?

— Нет. Миссис Чапмэн умерла двенадцать лет назад. Только две сестры. И конечно, муж. Муж Мелиссы. Если хотите, я могу поделиться догадкой, что они будут заниматься завещанием еще до конца этой недели.

— Он так плох, а?

— В лучшем случае это дело дней.

— Откуда вам известно о завещании?

— Вы знаете кого-нибудь из мультимиллионеров, кто бы не оставил завещания?

— Я вообще не знаю ни одного мультимиллионера, — ответил Карелла.

— А я знаю, что завещание есть, потому что разрабатываю здесь одну свою идею. Сказать вам правду, Карелла, я вовсе не думаю, что все это связано с вашим новогодним делом. Я считаю, что мы имеем два отдельных, независимых убийства. Полагаю, у вас уже достаточно большой стаж работы в полиции, чтобы знать о совпадениях...

— Да.

— Я тоже знаю о них. Поэтому, не забывая, что случилось у вас, я должен рассматривать наше дело как самостоятельное, вы меня понимаете? Я начал размышлять, что здесь главное — любовь или деньги. Вот ведь два основных мотива поведения на этой зеленой и грешной планете Земля. И задумался, а не составил ли старик завещание, поскольку у него был роман с молодой женщиной до того...

— О-о?

— ...да, до того, как он заболел. Ее зовут Салли Антуан. Симпатичная женщина, хозяйка Салона Красоты в центре. Тридцати одного года, ему — семьдесят восемь. Вас это тоже удивит, не так ли?

— Меня это удивляет, — согласился Карелла.

— Интересно узнать, вписана ли она в завещание старика? Если это завещание существует. И я начал выяснять.

— Что же оказалось?

— Мисс Антуан сказала мне, что она не имеет представления, есть ли она в завещании. "На самом деле, — сказала она, — я не вижу причины быть упомянутой в завещании". Но если в мою голову западает какая-то мысль, то я не могу ей позволить так легко улетучиться. Потому что, если эта мадам есть в завещании и если младшая дочь как-то узнала об этом...

— У-гу.

— ...тогда, может быть, она приехала сюда, чтобы заставить старика изменить завещание, пока он еще способен поставить свою подпись. Чтобы убрать из завещания эту шлюху. Хотя могу засвидетельствовать вам, Карелла, она — порядочная женщина. Разведена с мужем, двое детей, приехала из Лос-Анджелеса, много работает, чтоб удержаться на уровне. Вряд ли она могла бы дважды выстрелить в Джойс Чапмэн.

— Но вы в завещание заглядывали?

— Я же не мог спросить старика о завещании, — сухо ответил Боннем, — потому что он совершенно в отключке. Я обратился к его адвокату...