– Что же тут у вас произошло? – спросил Тарасов у какой-то бабки.

Та ничего не ответила, лишь махнула рукой и сплюнула. Зато другая охотно вступила в разговор.

– Нечистая сила в доме нашем завелась, – объяснила она. – Всю ночь покоя не давала. Форменный разгром учинила. А одну учительницу чуть не убила. Так жалко ее, бедную, все личико в синяках.

– А где можно увидеть эту учительницу? – поинтересовался майор.

– Да во втором подъезде, на пятом этаже живет, – бабка неопределенно указала рукой в сторону дома, – в шестьдесят шестой квартире. Хорошо, что милиция приехала, – удовлетворенно произнесла она, обращаясь к неразговорчивой старухе, – уж они-то порядок наведут.

– Как же, наведут! – угрюмо возразила та. – Жди! Уж если отец Авенир ничего не смог сделать… А эти-то, безбожники. Бежать отсюда надо, из этого дьявольского угла, да куда убежишь…

«Отца Авенира вспоминают», – насторожился майор.

– А что этот священник тут делал? – поинтересовался он.

Угрюмая старуха еще раз сплюнула и зашагала прочь. Зато словоохотливая сбивчиво и непонятно стала объяснять, что святой отец хотел изгнать из дома нечистую силу, а, видать, она его одолела.

– Что это за нечистая сила? – усмехнулся Тарасов.

– Да разве я знаю. – Бабку явно смутил недоверчивый тон милиционера. Она замкнулась и замолчала.

«Итак, посетим квартиру шестьдесят шесть, – решил Тарасов, – она в том же подъезде, что и квартира Кнутобоевых».

На звонок долго никто не открывал. Наконец женский голос поинтересовался: «Кто там?»

– Из милиции, – ответил Тарасов.

За дверью некоторое время хранили молчание, наконец щелкнул замок, и Николай Капитонович увидел на пороге довольно молодую женщину в пестром халате. Голова ее была повязана мокрым полотенцем, а под левым глазом светился здоровенный синяк.

Женщина обрушила на майора поток жалоб, угроз и обвинений одновременно. Он долго не мог понять, что же все-таки произошло в квартире.

– Летали вещи, говорите? – недоверчиво переспрашивал он. – А простите, фингал кто вам поставил?

Вновь полился поток бессвязных жалоб.

– Конечно, я не верю ни в какую нечистую силу, – рыдая, говорила женщина, – но кто же меня тогда ударил?

«А может быть, какая-то материальная фигура», – насмешливо предположил Тарасов.

Женщина ему определенно не нравилась.

– Вы еще издеваетесь! – закричала дама.

– Успокойтесь, – примиряюще промолвил майор, – никто вас не хотел обидеть, просто я пытаюсь создать картину происшествия. Где, кстати, ваш муж?

– На работе, естественно, – заявила дама. – Он тут абсолютно ни при чем, он сам потрясен случившимся.

Так и не добившись ничего путного, майор направился в другие квартиры. Но и там никто ничего толком объяснить не мог. Звучали робкие предположения о землетрясении, о проседании грунта, но большинство опрошенных обвиняло нечистую силу.

Ясно было одно. Аномальные явления затронули три первых подъезда дома. В других подъездах чудес не наблюдалось. Члены следственной группы побывали почти во всех квартирах, где происходили непонятные явления. Особых разрушений не было. Несколько разбитых зеркал, сдвинутая кое-где мебель – вот и все, что удалось обнаружить.

Стучался майор в квартиру, где жил преподаватель физкультуры Сыроватых, но никто не открывал; тихо было и в жилище супругов Голавлей.

Покрутившись еще с полчаса в доме, милиция отбыла, провожаемая испуганными и разгневанными взглядами жильцов.

На вопрос, что же делать, как быть дальше, Тарасов только пожал плечами. Ответа он не знал.

И чем больше размышлял майор над этим делом, чем больше сопоставлял факты, тем яснее ему становилось, что дать какое-то логическое объяснение происходящему невозможно. Конечно, синяк на лице дамы из шестьдесят шестой квартиры – вещь неприятная. Но куда более неприятно то, что произошло со священником – отцом Авениром, который до сих пор находится в реанимации в бессознательном состоянии.

А как объяснить исчезновение директора овощторга или этого молодого журналиста? Домой Олег не вернулся, Тарасов проверял. Да и физрука до сих пор не могут разыскать. Ну, допустим, это все можно хоть как-то объяснить. А то, что они с Куликом видели в квартире Кнутобоевых, а ночное столкновение с монстрами?

Трижды он дурак, что впутался в эту историю! Однако ведь начальство не знает, что он занимался домом номер тринадцать задолго до произошедших в нем событий. Значит, ему так или иначе придется давать объяснения, вести это идиотское дело. Жаль, очень жаль, что Кулику не удалось разговорить эту Петухову. Какую-нибудь зацепку она бы наверняка дала. Может быть, посетить ее еще раз? Хотя…

Но главное – руководство. Теперь с него не слезут. Потребуют решительных действий… Коли городское начальство в курсе, делу наверняка дадут ход. А с кем бороться? Кого искать? Призраков?