– Нет, Артур, извини, но я не могу позволить моим детям спать в одном номере с незнакомым человеком. Вы, Николай, не поймите меня превратно, но мальчики могут ночью проснуться и испугаться незнакомого человека.

Двое близнецов дьявольской наружности ни в коем приближении не напоминали пугливых агнцев и, скорее, сами могли довести до инфаркта кого угодно. О чем и не преминул заявить Ример:

– Чего-то я сомневаюсь, что они могут испугаться, но у меня, честно говоря, нет никакого желания это проверять. Я ненавижу детей.

Катя изменилась в лице. Так, наверное, иудейские матери смотрели на Ирода.

Тогда в дискуссию вступил Полетаев:

– Друзья, ну зачем нам спорить? Дарья Николаевна может прекрасно переночевать в моем номере. Ведь у меня апартаменты.

– Зачем ей спать с вами?
– повел крючковатым носом Деланян.
– Речь идет о том, что негде ночевать Николаю, вот пусть он у вас и ночует.

Подполковник внимательно осмотрел Римера с ног до головы и отрицательно покачал головой:

– Нет, извините, мы не настолько близки с этим гражданином.
– Кстати, а с кем спит Виктор Семенович?

– Со своей язвой, - моментально отозвался заслуженный турист.
– У меня одноместный номер, кого вы хотите ко мне подложить?

– Тогда пусть ваш Николай идет ночевать в мотель.
– Полетаев начал проявлять признаки нетерпения.
– Я неподалеку как раз один видел. Там, правда, рокеры... Но вы еще человек молодой, выдержите. Итак, дамы, мы идем?

– Разумеется, - в один голос ответили женщины и, подхватив детей, устремились к выходу, предоставляя мужчинам самим решать проблему спальных мест.

2

– Ах, какая красота!
– всплеснула руками Катя и, скинув босоножки, легко побежала по песку. Близнецы с боевым кличем бросились следом.

– А у вас красивая кузина, - заметил Полетаев, доставая свой портсигар от "Данхилла".

Дашу подмывало съязвить, что вот, мол, портсигар-то не золотой, а всего лишь позолоченный, но после истории с черепахой рисковать не хотелось.

– Да я вроде тоже удалась.
– Она застегнула спортивную куртку.
– Ты лучше расскажи, чего тебе на этот раз надо?

Полетаев обнял ее и притянул к себе. Ветер гнал тучи, но горы, возвышавшиеся по ту сторону хмурого озера, не давали им прорваться к берегу. Подполковник вдохнул прохладный воздух, насыщенный влагой, свежим ароматом первых цветов и болотным привкусом застоявшейся в камышах воды. Было в этом воздухе еще что-то - дальнее, давно забытое, едва уловимое... Прижавшись губами к рыжим, почти каштановым в сером свете пасмурного дня волосам, Полетаев прикрыл глаза и что-то тихо зашептал.

– Что?
– громко спросила Даша, которая думала в это время о своем.
– Я не слышала, что ты сказал?

Полетаев вздрогнул и отстранился:

– Ничего. Романтичная ты моя.

– Странно. Мне показалось, ты о чем-то спрашиваешь.
– Молодая женщина не понимала, почему у него такой обиженный вид.

– Ни о чем я не спрашивал.
– Подполковник закурил.
– Просто забавно все это...

– Ты сказал "забавно" или мне опять послышалось?

– Нет, тебе не послышалось.

– Тогда чего забавного?

– Мне недавно приснилось это озеро. Только я думал, что это Шотландия.

– Да?
– заинтересовалась Даша.
– А чудовище ты там видел?

– Представь себе, видел.
– Полетаев усмехнулся уголком губ.

– Как оно выглядело?

– Оно было похоже на тебя.

Даша насупилась:

– Вот не можешь ты без гадостей. Говори, зачем увязался?

Подполковник отрешенно смотрел за горизонт:

– Выпросил отпуск и поехал тебя охранять.

Молодая женщина сморщила нос, словно собиралась чихнуть:

– Ой, Полетаев, ты бы придумал что-нибудь более остроумное! Ты уже год меня охраняешь. Не пойму, как я еще жива...

Подполковник никак не отреагировал на ее выпад.

– И кто же мне угрожает на этот раз?

– Если бы я знал, то не поехал бы в эту глухомань. Думаешь, мне заняться больше нечем? Это еще счастье, что в связи с болезнью меня отпустили.

Даша с подозрением скосила на него глаза. Полетаев, вопреки обыкновению, не язвил, не пытался иронизировать, лицо его было непривычно отрешенным, без какого бы то ни было выражения. Странно, но ни переживание, ни болезнь, ни долгая дорога не утомили его. Никакой усталости на лице, никаких мешков под глазами.