Фэлкон посмотрел на часы. Пора. Он потянулся к ночному столику, поднял трубку и набрал номер.

– Отдел переводов.

– Эдди?

– Это вы, мистер Фэлкон? – Мартинес понизил голос.

– Я. Ну как, отыскали что-нибудь?

Мартинес не ответил. Через трубку доносился шум в комнате, но и на этом фоне было слышно, как тяжело дышит Мартинес.

– Эдди, вы слышите меня?

– Да, да. Я... я все нашел, – прошептал он.

У Фэлкона забилось сердце.

– Что именно?

– Телеграфные переводы.

Слова Мартинеса тонули в других голосах.

– Эдди, громче, пожалуйста, я почти ничего не слышу. Что там у вас происходит?

– Сумасшедший дом. Все катится к чертовой матери. Клиенты штурмуют банк. Я не могу долго говорить.

– Так что же все-таки вы нашли? – спросил Фэлкон.

– Тысячу переводов.

– Тысячу?

– Ну да, глазам своим не поверил. Они начали поступать еще в январе. Последний пришел в июне. Всего тысяча. Как вам это?

– Но как вы поняли, что искали именно это?

– Сначала, как вы и предполагали, я обнаружил миллиард долларов. Ровно миллиард. Каждое из новых поступлений составляло энное количество долларов и семь центов. Всего тысяча вкладов, общая сумма – миллиард. Помните, вы говорили мне – ищи что-нибудь, связанное с «Пенн-мар» или «Семеркой»? Вот так я и напал на след. Семь центов повторяются в каждом переводе. Я сложил все эти переводы, кончающиеся на семь, и получил миллиард.

– Ясно. – Фэлкон дрожал. Он услышал больше, чем рассчитывал. В трубке эхом отозвался пронзительный женский голос.

– Эдди! – громко крикнул Фэлкон, не давая ему отвлечься.

– Да? – Голос Мартинеса прерывался. Он явно нервничал. «Как бы действительно семью не подставить». Фэлкон словно читал на расстоянии его мысли.

– Все в порядке, Эдди, клянусь вам, все в порядке.

– Надеюсь, мистер Фэлкон. Знали бы вы, как я надеюсь на это.

– А обратные адреса этих переводов удалось проследить?

– Да. Они приходили из самых разных мест, но изначальная точка – некий инвестиционный банк «Уинтроп, Хокинс и К°».

У Фэлкона чуть трубка из руки не выпала.

– Отлично сработано, Эдди. Распечатку сделаете?

– Уже сделал. Она у меня в ящике.

– Здорово. Завтра возьму.

– Где?

– Где скажете.

– Бруклин-Хайтс. На Променаде, в полдень. Про мои деньги не забыли, мистер Фэлкон?

– Две с половиной тысячи, Эдди. Две с половиной. А сейчас занимайтесь своими делами. До завтра, ровно в полдень.

– Да, чуть не забыл, мистер Фэлкон...

– Слушаю вас.

– Есть кое-что еще.

– А именно?

– Я обнаружил еще один перевод, помимо той тысячи.

– Не понял.

– Видите ли, это перевод на ваш счет. От девятого июля. На сумму 30 тысяч долларов. Отправитель распорядился перевести его на один из ваших счетов – тот, что в «Ситибэнк». И там еще есть пометка – «В счет оплаты за акции „Пенн-мар“».

У Фэлкона перехватило дыхание. Девятое июля... А на следующий день «Винс» объявила об участии в тендере. Получается, что обвинение в использовании конфиденциальной информации собираются предъявить и ему. Вот ублюдки! Каким-то образом им удалось даже отыскать его тайный счет в «Ситибэнк». Фэлкон выругал себя за то, что вовремя не закрыл его.

– А номер счета в Южном Национальном не подскажете?

Мартинес продиктовал его.

Фэлкон рассмеялся. Это не тот счет, который ему открыли, когда он пришел на работу в банк. Какой-то другой, и о нем ему явно знать не следует, по крайней мере, до суда.

– Что ж, Эдди, спасибо большое. – Фэлкон секунду помолчал. – Это не то, о чем вы подумали.

– А я ни о чем не подумал, мистер Фэлкон. Я вообще ни о чем не думаю. Я просто хочу получить свои две с половиной тысячи. До завтра, мистер Фэлкон.

На том конце провода раздался сигнал отбоя. Фэлкон повесил трубку, тут же вновь поднял ее и набрал еще один номер. Пришло время ответов.

– Да, слушаю, – откликнулся мягкий женский голос.

– Это Эндрю.

– Господи, где ты? – Женщина явно заволновалась.

– Лучше тебе не знать. Для тебя же лучше. Безопаснее.

– Безопаснее? Да что происходит-то, можешь объяснить? Ну же! Говори, где ты? Глядишь, чем-нибудь полезной окажусь. Ну пожалуйста, не молчи.