–  Ну и ему расскажи тогда все. Зачем мучиться? У Факера другого выхода нет, как только шкуру с тебя содрать.

–  Клара?…

–  Мертва, - сухо ответил Факер.
– Сама виновата.

–  Ну, тогда… Принеси блокнот, подонок, запишешь. Мачо привет передам, не тебе.

Паля, подталкивая впереди себя безразличного к происходящему Лысого, пошел дальше по коридору. Пришлось идти и Каше. За ближайшим поворотом обнаружилась та самая дверь с кодовым замком. Нажимая кнопки, Каша надеялся, что вырвется из этого напоенного мукой и кровью подвала, но увидел лишь темноту.

–  Пусти!

Паля протиснулся вперед с зажженным фонариком. Высветились узкие стены, скупо проложенные досками, сваи крепежа. Ход убегал далеко вперед.

–  Замыкай, а то Лысый потеряется. И дверь захлопни.

–  А мы… Мы сюда еще вернемся?
– почему-то спросил Каша, потянув на себя тяжелую дверь.

–  Вряд ли, вообще-то. Да и зачем? Хотя как знать… - Паля хромал вперед, низко нагнувшись.
– Не отставайте.

Под ногами вода, наверное, натекло сверху во время недавнего дождя. Лысый почти загораживал пляшущее впереди скупое пятно света, и Каше пришлось положить ему руку на плечо.

–  Куда этот ход ведет?

–  Спросил бы у Червя, если интересно. Наружу, куда еще. Вроде в сторону поселка. Это хорошо, на Мачо не напоремся.

–  А что страшного? Отдал» бы ему все. Какие теперь у нас с его людьми проблемы?

Каша никогда не видел Мачо, не знал, каков он собой и где обосновался, но говорил как о знакомом. Если все боятся Мачо, значит, он существует. Если все ждут, значит, он придет.

–  Ты это брось!
– прикрикнул Паля.
– Я на ходку забился, я пойду. Уже, видишь, потратил весь свой этот, гонорар… Так что теперь вперед, Зона гнилых не любит.

–  А как же Факер, Хоре?

–  Их проблемы. Я бы и остальных не тронул, но первые начали. Ладно, что было, то прошло. Ты, Каша, привыкай к земле, дыши глубже. В Зону идем.

–  А сейчас мы разве не в Зоне?… - хмыкнул Каша.

–  В Зоне, да не в той. Здесь отдыхали, считай, а там… Там живет страх, который их всех сжег, так что только я и Сафик ходить могли. Страх, который Лысого без башки оставил. Да, Лысый?

–  Зона, - бестолково откликнулся бомж.

–  Вот, ему все равно. А мне, Каша, страшновато. Но сидеть тут, ждать пули - тоже невыносимо, сколько ни пей. Пойдем до упора, Клоуна искать. Есть такой человек, до него Зона еще не добиралась… Как и до тебя.

–  Что значит - не добиралась?

–  Значит, что он не открывал глаза непонятно где и не вспоминал, как его зовут. Обычный, живой человек. Так, пришли.

Здесь дверь, снятая, видимо, с какого-то гаража, запиралась изнутри на простой засов. Паля сделал знак, чтобы все стояли тихо, и на минуту выключил фонарик. Каша прислушивался, как мог, но из-за двери не доносилось ни звука. Такая же тишина дышала им в спины: подвал остался слишком далеко.

–  Вроде чисто, - решился Паля и снова щелкнул фонариком.
– Я сейчас выйду, сразу проверю округу. А ты вытаскивай рюкзаки и Лысого, да смотри: ни шага в сторону!

«Какие рюкзаки?» - хотел спросить Каша, но луч, словно указка, тут же высветил груду снаряжения у стены.

Паля, убедившись, что Каша его понял, скинул с плеча оружие и отдал фонарик товарищу.

–  Бери в зубы и открывай. В проеме не стой, если что, ждать, пока отскочишь, не буду.

Каша дернул тяжелый с виду засов изо всех сил, но тот поддался неожиданно легко, беззвучно. Так же тихо отворилась дверь, кто-то не поленился смазать петли. Впереди оказалась небольшая землянка, вход которую закрывал пышный куст.

–  Он что тут, кабанчиков разводить собирался?
– удивился Паля и, сняв левую руку с цевья, метнул в землянку уже знакомый Каше болт на веревочке. Ничего не произошло.
– Детекторы молчат, я никого рядом не чую… Давай, начинай высадку в новый мир.

Пока Каша возился со снаряжением, проводник осторожно выбрался наружу и минуты три отсутствовал. Наконец послышалось его покашливание.

–  Выходить?
– подскочил Каша.

–  Вообще-то так я тебе даю сигнал, что это я. Чтобы ты не стрелял, тормоз.
– Паля сунул в землянку голову, хмуро посмотрел на распахнутую дверь.
– Отсюда ее не закроем. Ну и хрен с ними! Давай, поднимайся. Лысый, как самочувствие?

Рюкзак потащишь.

–  Зоне все равно: есть человек, нет человека… - Бомж первым покинул землянку, снова предоставив Каше возиться с тяжелым грузом одному.

Они оказались на заросшем высокой травой склоне, в мертвой зоне установленных в бывшем доме Червя пулеметов. Из окон Каша и не приметил на местности эту складку, а здесь, оказывается, даже тек веселый ручеек. Возможно, тот самый, в котором он недавно мылся.

–  Не отходи никуда, - напомнил Паля, продолжая колдовать над выхваченным из рюкзака прибором. Каша заметил буквы: УДА-14а.
– Лысого навьючь вот этим, портупея тебе.