–  Мы удовлетворим ваш запрос как можно скорее, сэр, но сейчас мы работаем на мощности всего восемьдесят семь процентов, - уведомил женский голос в трубке.

Я в своем «мини» продирался через транспортную пробку на Пиккадилли-серкус, так что мне ничего не оставалось, как завести разговор с оператором.

–  Как вас зовут?

–  Дана, сэр.

–  Послушайте, Дана. Подозреваемый, вероятно, идет пешком, возможно, едет в автобусе, где-то в районе Кингс-ленд-Далстон. У вас есть там камеры. У вас есть восемь критических точек физиономии. Сделайте, пожалуйста, для меня все, что в ваших силах…

–  Ничего не могу обещать, но постараюсь, сэр.

–  Какой смысл шлепать фотографии на водительские права, если вы не можете ими воспользоваться?

–  Права двухлетней давности, сэр.

Я метался среди такси, автобусов и фургонов вдоль Шефт-сбери-авеню, проскочил на желтый на Кембридж-серкус, за что мгновенно получил яркую вспышку предупреждающей системы безопасности - прямо перед глазами будто взорвалась звезда.

–   Твою мать!
– Сэр?

–  Сплошные пробки, Дана. Помогите мне его найти.

–  Он уже в системе, сэр. Идет поиск. Пожалуйста, потерпите.

Я выиграл немного времени, проскочив задворками в Блумсбери. Знойный грязный воздух врывался в открытые окна «мини». Камеры слежения висели на каждом углу. Незримая электронная сеть раскинулась по Лондону, пульсируя, всматриваясь и выискивая. Огромный разум, холодный и бесстрастный. Я стоял в хвосте у светофора, ожидая возможности свернуть на Грейс-Инн-роуд, когда Дана сообщила:

–  Похоже, его засекли, сэр.
– Где?

–  Вероятность распознавания только 81 процент, сэр. Водительские права…

–  У него есть с собой какие-нибудь вещи?

–  Через плечо перекинута сумка. Он входит на станцию «Дал стон Кингсленд».

Я быстро прикинул маршрут и вырвался из хвоста машин. Взревели гудки, новая звезда возникла перед моим ветровым стеклом, когда я двинул круто влево на красный свет и понесся к Кингс-Кросс.

–  Он на платформе Северной Лондонской линии, сэр, - сообщила Дана.
– У меня есть патрульная машина примерно в десяти минутах езды, если вам требуется поддержка.

–  Попробую справиться сам, Дана.

Движение на однополосном шоссе, вливавшемся в Юс-тон-роуд, было очень плотным. Я вылез из «мини», вскочил на капот и увидел, как четыре транспортные полосы сливаются к двухрядному контрольно-пропускному пункту. Дана объявила:

–  Прибыл поезд. Объект вошел в вагон. Он в объективе камеры вагона.

–   Вот уж не знал, что вы и так можете, - улыбнулся я. Вновь сев в машину, я выбрался на пустую полосу для

автобусов (очередная звезда взорвалась перед глазами), пронесся вперед до самого барьера, остановился и махнул удостоверением перед блюстителем порядка.

–  Присмотрите за машиной, - бросил я ему и побежал.

Подлетев к турникету на «Кингс-Кросс», я опять взмахнул удостоверением перед ошеломленным контролером и чуть не скатился кубарем, когда прыгнул на забитый народом эскалатор. Мне повезло - поезд еще стоял у платформы Северной линии. Я успел. Первые две остановки я качался, держась за ремень и обливаясь потом. Наушник моего мобильника был зацеплен за ухо. Дана сообщила, что Тим Ковени все еще в Хайбери-Ислингтон, в поезде у «Каледо-ниан-роуд».

Почти все вышли у «Кэмден». Держа удостоверение над головой и выкрикивая: «Полиция, срочно!», я не мог заставить людей убраться с дороги. Когда наконец миновал турникет наверху эскалатора, Дана сказала:

–  Вижу вас, сэр. Подозреваемый выходит из поезда на «Кэмден-роуд».

Я уже мчался мимо стеклянно-стального навеса центрального офиса Сейнсбери и через тридцать секунд был у входа на станцию, как раз когда появился Тим Ковени.

–  Осторожней, - предупредил Тим Ковени.
– Это мой заработок.

Мы сидели на деревянной скамье в небольшом треугольном парке - кусты и сухая трава через дорогу от станции. Я разглядывал неглубокие чаши в пузырчатых полиэтиленовых упаковках, лежащие внутри его черной прорезиненной наплечной сумки: белое стекло со спиралью из переливчатой бронзы; густопузырящееся зеленое стекло; прозрачное стекло с чередующимися слоями парящих искорок - золотых, серебряных и аквамариновых; прозрачное стекло, вспыхивающее под пальцами нежно-фиолетовым…

–  Сколько за это можно получить?
– поинтересовался я.