Робинсон начал было подниматься со стула, бурча, что не желает выслушивать подобное.

–  Ведите себя прилично, - посоветовал я. Глядя на себя со стороны, я не мог не признать, что слишком уж наслаждаюсь происходящим, но мне было плевать.
– Сядьте. Разумеется, вы проглотите все то, что я говорю. Вам же велели со мной сотрудничать: ведь ваши начальники желают узнать, за кем я охочусь. Они всегда так делают, когда дерьмо всплывает на поверхность. Уверен, как только мы с вами закончим разговор, вы сейчас же помчитесь на доклад, как и положено хорошему мальчику, но пока что вы должны мне сказать, работал ли ваш Крэйг Стивене по обеспечению безопасности у дверей этой ловушки для туристов в Сохо.

Я разгладил второй лист бумаги на столе, повернул его так, чтобы Малкольм Робинсон смог прочитать, и продолжил:

–  Контора принадлежит Вителли, и я не удивлюсь, если там подтвердят мои догадки. Мне нужна копия послужного списка Крэйга Стивенса - всех мест, где он работал, и время его работы там.

Робинсон вытер пот с лица рукавом рубашки, вытащил какие-то документы и буркнул:

–  Вы не можете забрать оригиналы.

–  Этого достаточно. Пока вы делаете копии, может, вы мне скажете, где я могу его найти?

–  У него сегодня выходной. Наши люди работают пять дней подряд - потом день отдыхают. Сегодня у мистера Сти-венса как раз выходной.

–  Тогда… где он живет?

–  Мне придется спросить в отделе кадров.

–  Так сделайте это, а заодно снимите для меня копию списка, пока я восхищаюсь видом из окна и дышу свежим воздухом.

Робинсон вышел, а я закурил еще одну сигарету и стал любоваться на собак в вольерах на площадке, залитой солнечным светом. Я был уверен, что моя догадка верна, и Барри Дин виновен в смерти Софи Бут. Но он не мог убить или не пожелал делать это своими руками, поэтому устроил так, чтобы ее убили, пока он находился в Гаване, и воспользовался для совершения убийства помощью какого-то своего знакомого, того, с кем сидел в тюрьме. Тот же человек проник к ней в компьютер, потому что там содержалась некая программа, которая давала доступ к АРЭСН. Я был убежден, что Барри Дин воспользовался этой системой, чтобы наблюдать за всеми передвижениями полиции в месте убийства. Таким образом, он отметил мою футболку…

Когда Робинсон вернулся, я взял у него документы и сказал:

–  Чрезвычайно ценю ваше сотрудничество, сэр. Но остается еще одно. Мне необходимо осмотреть ваш офис.

–  Мой офис?

–  Ведите. Это займет совсем немного времени.

На столе толстяка располагались плоский монитор, клавиатура и фотография в рамке - три молодые девушки. Когда я выдвинул ящики стола и прощупал пальцами их внутреннюю сторону, Робинсон не выдержал:

–  Там вы его не найдете, инспектор.

–  И где же он?

–  Я не так глуп, чтобы оставлять пароль где попало.
– Он постучал себя полбу.
– Все здесь. Запомнить его довольно легко - он основан на днях рождения моих детей.

–  Понятно. Будем надеяться, что хакерам не придет в голову эта мысль. А теперь можете звонить вашему начальству. Да, и не забудьте доложить, что больше всего меня интересует убийство Софи Бут.

На обратном пути я читал досье на Крэйга Стивенса, когда из-за пробок приходилось больше стоять, чем ехать. «Квадрат» был той еще конторой, но бумаги действительно оказались в порядке. Я получил копии графиков Стивенса на каждый его рабочий день, копии всех секретных донесений и даже размытую фотокопию его удостоверения личности.

Стивенсу было за пятьдесят. Карьера преступника. По сведениям ХОЛ МСа, он только что отбыл десятилетний срок за убийство - после матча «Спурс» - «Арсенал» нанес одному из болельщиков тяжкие телесные повреждения, используя для этого выломанный из ограждения деревянный кол. Жертва через неделю скончалась. Еще он был уличен в краже со взломом и в нападении при отягчающих обстоятельствах - ворвался в частный дом, связал владельцев и избивал их до тех пор, пока они не сообщили, где хранят ценности. А еще четыре года заработал при вооруженном нападении на ювелира, ранив того ножом, когда он отказался открыть сейф. Камера, где Стивене отбывал срок, находилась в том же крыле здания тюрьмы, где сидел Барри Дин - Дин как раз отбывал наказание за преследования и причинение беспокойства. Два человека с одинаковыми мыслями и наклонностями достаточно много времени провели вместе, чтобы раскрыть друг другу свои фантазии. Стивене знал Дина. Он артистически управлялся с ножом и работал в охранной фирме, которая обслуживала офис, принадлежавший Энтони Буту - а тот, в свою очередь, снимал квартиру над этим офисом для своей племянницы. Стивене мог и не входить в состав патруля в ту ночь, но он имел доступ к ключам от парадной и задней дверей здания и в любое время мог заказать у слесаря дубликаты - их сделали бы за несколько минут.

Стивене проживал в Тутинге, в верхней квартире разделенного на две половины викторианского двухэтажного дома с террасами, на тихой спокойной улице в Южном Лондоне. Я припарковался и стал присматриваться к квартире, попивая колу из жестянки и поглощая поздний ленч, состоявший из сомнительной свежести мясного пирога и двух пакетов чипсов с сыром и луком, которые купил в лавчонке на углу. Занавески на окнах Стивенса были задернуты.

Даже при том, что я опустил все стекла в автомобиле, салон «мини» превратился в настоящую духовку.

Я позвонил Нику, предупредил, что, возможно, не смогу встретиться с ним вечером:

–  Ноутбук у меня, проблема не в этом. Я просто… Ну, тут кое-что произошло.

–  Ты в порядке, Джон? Голос у тебя какой-то странный…

–  Я нахожусь в эпицентре сам не знаю чего, Ник. Свяжусь с тобой позже.

Я позвонил Сандре Сэндс, и она опять сказала, что не должна со мной разговаривать.

–  Это просто дружеский звонок, хочу узнать, как поживают мои старые друзья из убойного отдела.