Меня зовут Кейт Робинсон.

Вчера мы вышли из дома Бена Кавеллеро. Ночь мы провели на заброшенной ферме неподалеку от Илкли.

Я улучила момент это написать, пока Рик чистит винтовки. Черная гарь садится повсюду, и есть реальный шанс, что когда нам действительнопонадобятся винтовки, их может заесть из-за гари.

Я вся в синяках, у меня все болит с головы до ног. Бен Кавеллеро предупреждал, что это может случиться: Рик ночью галлюцинировал. Ему почудилось, что я – один из серых. В какой-то момент мне казалось, что он меня убьет. Единственным выходом оказалось звать пораженного галлюцинацией человека по имени.

Кажется, Рик больше меня подвержен галлюцинациям. Но когда мы соединились этой ночью, я ощутила хватку безумия, порожденного электрическим полем из-под земли.

Рик лежал на мне и был очень нежен. Он страшно переживал, что меня избил. Но когда я глядела на него, его черты вдруг переменились. Они выгладились, голова стала больше, синие глаза потемнели и стали красными.

Как спецэффект в кино. Лицо его расплылось и посерело.

Я хотела закричать – в меня вошел один из этих серых.

По крайней мере, это говорила мне галлюцинация.

С необычайной, ошеломительной ясностью я видела, как он приподнимается на руках, чтобы вбить меня в себя. Руки стали толще, жилы выступили на серой коже.

Я с ужасом глядела в это лицо. Черные губы раскрылись, лицо нагнулось ко мне, кровавые глаза пылали так, что у меня закружилась голова.

У меня свело мышцы, все сразу, казалось, что они порвутся. Чем угодно я могла бы поклясться, что пенис этого монстра внутри меня вдруг раздулся. Я будто разрывалась пополам.

Но глубоко в душе я знала, что дело в спазме, который затронул и мышцы влагалища, вызывал вагинизм.

Я хотела завопить.

Монстр разрывал меня пополам. Он пыхтел надо мной, его дыхание обжигало мне лицо, огромные серые руки давили на плечи, прижимая к полу.

Я не могла шевельнуться.

Его тяжесть сокрушала.

Я думала, что сейчас умру.

Он долбал, как машина из крови, мяса и костей.

У меня закружилась голова.

Я не могла дышать.

Он наполнил меня так, что я лопалась.

Боже мой...

Но я хваталась за то, что сама о себе знаю. Имя. Воспоминания. Как мы встретились с Риком в кафе в Лидсе, и он так стеснялся, и мы говорили о кофе, и я краснела. Помню, как в школе сбежала землеройка и погналась за мистером Прентисом, который от нее удирал. Первый день работы в книжном магазине в Лидсе. Я тогда не могла найти туалет, а спросить стеснялась, как дура. Я из последних сил цеплялась за воспоминания, не отпускала...

Когда я открыла глаза, серого не было. На меня смотрел Рик, целовал меня, улыбался мне.

Я победила.

Мы уже готовы идти. Мы должны догнать Стивена и группу за несколько часов – пока их не скрутили эти галлюцинации. Я думать боюсь, что они друг с другом сделают. Рик уже надевает рюкзак, подгоняет лямки. Он готов к выходу.

Еще один день в Аду.

Меня зовут Рик Кеннеди. После нашего ухода с заброшенной фермы случилось вот что.

У наших ног стали вырастать из пепла круглые белые предметы величиной с мячик для настольного тенниса.

Видали вы когда-нибудь ускоренный показ, как растут грибы? Возникают крошечные белые почки, проклевывающиеся из земли. Они расширяются и образуют круглые пузыреобразные фигуры.

Вот так это и было.

Но если приглядеться, можно было заметить глаза. Крошечные точки, как булавочные уколы.

– Рик? – озабоченно глянула на меня Кейт. Ее лицо распухло от синяков, полученных этой ночью. Она знала, на что я способен, когда мной овладевает галлюцинация. – Рик, ты только повторяй свое имя, постоянно говори себе: “Меня зовут Рик Кеннеди, меня зовут...” – Рик!

Я поднял глаза от этих раскрывающихся грибных головок у меня под ногами. Они раскрывали рты, будто готовясь закричать, как новорожденные.

Я поднял глаза потому, что у меня перехватило дыхание от того, что я увидел. На холме напротив был обрыв высотой в шестиэтажный дом. Но я видел не скалы обрыва: на меня смотрело огромное серое лицо. Глаза его были закрыты, но пока я смотрел, они раскрылись – глаза размером с автобус – и уставились на меня. Они были красными, эти глаза, озера крови, хоть плыви, хоть ныряй в эту... в эту свежую, красную кровь.