Но как-то странно все же получается: в подвале она была ему обузой, на концерте тоже (потому и не взял), и сейчас, выходит, лишняя? А как же в фильмах показывают? Ясно, что врут, но какая-то часть правды там есть? Значит, надо действовать.

Полынцев легко проследовал за парочкой по набережной (здесь было многолюдно, поэтому вынужден был сокращать дистанцию), прошел мимо двух санаториев, прокрался вдоль аллейки, ведущей в частный сектор, и вот уже пять минут кружил меж деревянных домов. Не самое удобное местно для наблюдения: улочки узкие пустынные, кривые. Да еще местная шавка привязалась - тявкала и тявкала без умолку, зараза.

– Фьють, фьють, - услышал он сзади непонятные звуки и медленно обернулся.

Юля, неумело посвистывая, протягивала вредной псине большую конфету. Собака, прекратив лаять, с радостью бросилась за гостинцем. Красавица, присев на корточки, скормила ей лакомство, потрепала мохнатую мордашку, с чувством выполненного долга встала, победно глядя на притихшего у забора напарника. Не успел Андрей поблагодарить подругу за помощь, как злобная шавка, сожрав подачку, принялась охаивать его с новой силой. Вероятно, решила отработать свой хлеб. Юля еще раз шепеляво свистнула, а когда псина подбежала вновь, хлопнула ее по мокрому носу ладошкой. Собака зачихала, зафыркала и стыдливо примолкла.

– Молодец, - кивнул Андрей.

– А ты думал!
– подойдя к нему, улыбнулась красавица.

– Где такому научилась?

– Видела в окно, как ты бандитского пса успокаивал. Только я кулаком не могу, жалко.

Андрей выглянул из-за забора.

– Что там?
– шепотом спросила Юля.

– В дом заходят.

– А мы?

– Надо немного подождать, и заодно место дислокации сменить, а то излишнее внимание привлекаем.

Они возвратились назад и свернули в ближайший проулок.

– Хорошо здесь у них, - мечтательно вздохнула красавица.
– Вроде бы и в городе живут, а все равно, что в деревне. Курочки, уточки, козочки. Гляди, какая беленькая, - ткнула она пальчиком во двор.
– Молочко, наверное, у нее вкусное.

– Гадость, - сплюнул Полынцев.

– Откуда знаешь, ты из деревни?

– Из Сибири.

– Это одно и то же. Все, что не Москва и не Питер - деревня.

Андрей не стал реагировать на столичную заносчивость - пусть себе кичится.

С другого конца улицы дом был виден, как на ладони, к тому же, невдалеке проходила дорога, сновали машины и люди. Можно было спокойно стоять, не вызывая подозрений.

– Так, девушка, давай-ка притормозим у этого палисадничка, - сказал он, останавливаясь под пышной яблоней.
– Займем, так сказать, скрытную позицию. Разворачивайся к дому задом, ко мне передом.

Красавица лукаво улыбнулась.

– Какая эротичная командочка, хорошо, что не наоборот.

– Тобой так уже командовали?

– Опять в морду захотел?

– Откуда тогда знаешь, что эротичная?

– Я, по-твоему, фильмов не смотрю, книг не читаю? И потом, у нас в редакции не такого наслушаешься.

– Понятно. Иди ко мне поближе, будто обнимаемся.

Юля подошла вплотную, положив руки ему на грудь. Он обхватил ее за талию.

Какое тут наблюдение, когда стоишь в обнимку с девушкой, чувствуя ее тело, дыхание, аромат волос. Разве можно сейчас заниматься чем-то еще, кроме как плавиться от счастья? Но - воля, плюс характер. Сначала работа, потом удовольствие. Не давал покоя лишь один вопрос: что за идиоты выдумали это гнусное правило и зачем они вбили его в голову молодого офицера?

– Ты мне хоть рассказывай, что там за спиной творится, - негромко прошептало 'удовольствие' в самое ушко.

Андрей застриг лопушками, словно молодой жеребец.

– Пока ничего. Будем ждать.

– Ой, Полынцев, а у тебя глаза зеленые, как садовые лужайки!
– восхитилась Юля.
– Почему-то, я раньше этого не замечала.

– Ну, и что. А у тебя синие.

– Тебе нравятся?

– Нет.

– Ну, и дурак, а мне - да.

– Ты сейчас про чьи глаза сказала?

– Я про свои. А ты?

– И я про свои.

– Твои тоже симпатичные. Я в них даже улицу вижу.

– Как грузин выходит, видишь?

Она резко оглянулась.

– Где?

– Не дергайся, с ума сошла? Засветимся. Твое счастье, что он в другую сторону пошел.

Юля, почти не шевеля губами, тихо процедила.

– А девчонки-то с ним нет.

Не успел Вахтанг скрыться за поворотом, как к дому подъехал широкий, темно-фиолетовый джип. Из машины выскочили двое бритоголовых парней и, открыв своими ключами железную дверь, которую грузин, вероятно, захлопнул, скрылись за воротами.