Он вновь включил передатчик, доложил, хотя в этом не было необходимости:

— Продолжаю движение по маршруту, — и побежал назад, к бойцам, держащим оборону.

Было слишком темно, уже и звезды показались.

Сержант мог бы обшарить все вокруг, он и должен был бы так сделать, но он не собирался тратить драгоценное время на заведомо бесполезные действия.

Ровно через минуту группа из семи человек продолжила свое движение.

Деревня не была отмечена на карте — и это казалось невероятным. Сержант Хэллер даже подумал сперва, что новенький компьютер отказал, и сверился с распечаткой — все верно, деревни здесь быть не должно.

И все же она была там, впереди: три домика, вросшие в землю; щербатые пьяные изгороди; крохотные, потерявшиеся в зарослях бурьяна огороды, две скирды темного прошлогоднего сена и спящая на привязи лошадь.

Ничего этого на плоском мониторе компьютера не было.

— Черт возьми! — Сержант озадаченно почесал затылок. Он привык доверять картам. Но и глаза никогда его не обманывали.

— Предлагаю здесь и остановиться, — прошептал Цеце. И добавил еще тише: — Сэр…

Луна, похожая на засиженный мухами светильник, медленно плыла среди кисейных облаков. Было тихо, только звенела в ночном воздухе льнущая к людям мошкара.

— Осталось всего восемь километров. — Сержант еще раз сверился с картой. — Есть ли смысл сейчас останавливаться?

— Есть сэр, — негромко сказал Гнутый, украдкой показывая на Павла.

Павел зевал. Павел тер глаза. Павел покачивался. Руки его висели, ноги дрожали. Он мало что видел и почти ничего не слышал. Он был слишком измотан.

— А он неплохо держится, — с легкой усмешкой сказал сержант.

— Да, сэр, — сказал Гнутый. — Вы нас всех загоняли. Но мы-то умеем это не показывать, а он еще не научился. Кроме того, ему не делали биоактивацию.

— Значит, ты тоже хочешь передохнуть?

— И я, сэр! — выдвинулся Шайтан.

— Поддерживаю, — сказал Рыжий.

— Устроили тут демократию, — поморщился сержант. — Сейчас переизбирать меня будете?

— Если б только было возможно, — буркнул Ухо.

— Ладно. — Сержант не привык долго раздумывать. — Останемся здесь до рассвета. Первое дежурство — Цеце и Рыжий. Дальше сами делитесь. Русского не трогайте — пусть как следует отдохнет. Огонь не разводить. Расположимся прямо здесь. Поскольку деревня на карте не отмечена, туда не пойдем.

— Разумно, сэр, — ухмыльнулся Гнутый. — Я бы тоже не доверял призракам.

Сержант юмора не понял, глянул угрюмо на скалящего зубы бойца, оборвал:

— Завтра будем нагонять упущенное время. Все восемь километров — бегом, без передышки. На месте нужно быть вовремя.

— Будем! — посерьезнел Гнутый.

— Дальше пойдет лес, — продолжал пояснять сержант. — Местность будет не такая открытая, как раньше, так что двигаться будем широкой цепью, чтобы ничего не пропустить.

— Яйцо сложно не заметить, — сказал Рыжий.

— Такое, как у тебя, и с микроскопом не найдешь! — Сержант не любил, когда его перебивают. — Всем все ясно?

— Да, сэр, — отозвались бойцы. Только Павел, казалось, ничего не слышал.

Казалось, он уже спит.

В ночи что-то двигалось.

Сержант Хэллер приподнялся на локте, нащупал справа от себя штурмовую винтовку, осторожно подтянул ее к себе и медленно, чтоб не щелкнул рычажок переводчика, снял с предохранителя.

Нечто уже не двигалось. Оно затаилось во тьме. Сержант Хэллер кожей лица чувствовал пристальный взгляд.

Кто там?..

Сержант не спал всю ночь, он смотрел в небо и считал звезды. Он слышал, как бродили вокруг Рыжий и Цеце, негромко переговариваясь. Слышал, как они хрустели сухарями из сухпая. Слышал, как они сменились, — на дежурство заступили Шайтан и Гнутый. Тоже захрустели сухарями, позевывая и перешептываясь.

А теперь, под утро, все затихло.

Только минуту назад треснула ветка в недалеких кустах и чуть слышно зашелестела листва. А потом словно кто-то вздохнул.

И остановился. Притаился, увидев вооруженных людей, расположившихся на отдых.

Прямо на пути…

Зверь? Человек?

Или нечто чуждое этому миру — ночное чудовище, космический монстр?

Экстерр!

Сержант Хэллер навел ствол на кусты, подумав, что разрывные пули не смогут остановить чудище, если оно бросится на отряд с такого близкого расстояния.

Они смотрели друг другу в глаза: сержант Хэллер чувствовал это, хотя ничего и не видел.

— Просыпайтесь… — чуть слышно проскрежетал севшим голосом сержант. Он не хотел шумом провоцировать неизвестного противника на атаку. — Просыпайтесь же все… — Он медленно протянул руку, коснулся чьей-то ноги, тронул чье-то плечо. — Просыпайтесь…