— Он проводит нас к Степану?

— Провожу, — с готовностью откликнулся мужичок. — Отчего же не проводить?

— Тогда пойдем прямо сейчас. Времени у нас мало… — Сержант поднялся, и бойцы тоже зашевелились, подхватывая оружие, одергивая форму. — Только вот еще что спроси у него… — Сержант задумался, формулируя вопрос. — Спроси, почему он прятался? Почему следил за нами, не вышел сразу же, а сидел в кустах, подглядывал?

Павел перевел. Мужичок усмехнулся, хитро глянул на сержанта:

— А потому, что странные вы какие-то. Нет бы в дом постучаться, переночевать попроситься по-людски, а вы на голой земле спать улеглись, ну словно собаки какие.

Степан не спал. Он вышел навстречу гостям, словно уже ждал их. Шагнув за порог, остановился на крыльце, сдержанным кивком поздоровался со всеми, внимательно осмотрел каждого, потом неторопливо спустился по ступеням, присел на завалинку, показал рукой — присаживайтесь тоже. Он вроде бы даже не удивился, увидев группу вооруженных незнакомцев перед своим домом.

— Здоров, Иван, — перво-наперво приветствовал он соседа.

— И тебе не болеть, — затараторил охотник, усаживаясь рядом и пристраивая ружье на коленях. — Был я, значит, у Медвежьей Лапы, кабаргу искал. Слышу — в небе гудит что-то. Наверх посмотрел, вижу — прыгают. Летят, и много их так, что аж в голове закружилось. В общем, распугали они мне всю охоту, пришлось за ручей идти. Только и там ничего не нашел. Ушла кабарга. Распугали зверя своим спутником…

— О чем это он? — наклонился сержант к Павлу.

— Здоровается, — ответил Павел.

А соседи продолжали разговор, будто позабыв про группу солдат.

— …Иду назад, гляжу — вроде бы стадо кабанов спит. Я уж и ружье снял, прицелился через кусты, подкрался: ан нет! Люди! Те самые, что прыгали. Лежат на голой земле перед самой деревней, спрятались за кустами, чтоб их от нас не видно было…

— Ты короче можешь говорить? — перебил соседа Степан.

— А куда уж короче? Заметили они меня, расспрашивать стали. Спутник они ищут. Я им и сказал, что ты вроде бы ходил смотреть, куда он упал. Ходил ведь?

— Ну, ходил.

— Видел чего?

— Ну, видел.

— А чего видел-то?

— Да кто ж его разберет, чего я там видел… — Степан говорил с неохотой, выдерживая паузы, словно взвешивая каждое слово.

— Что вы видели? — Павел решил, что пришло время вмешаться в разговор.

Степан глянул на нового собеседника:

— Шар я видел. Павел подался вперед.

— Шар? Большой?

— Руками не обхватить. В мой рост, наверное.

— Он видел яйцо! — Павел повернулся к сержанту.

— Где?! — вскинулся сержант Хэллер.

— Где? — перевел Павел.

— Там, — неопределенно махнул рукой Степан.

— Пусть он проводит нас!

— Ты покажешь нам это место? — спросил Павел, поднимаясь с завалинки, готовый немедленно идти.

— Могу и показать, — нехотя сказал Степан. — Только там нет уже ничего.

— Как? — Павел похолодел. Рука его сбросила с плеча ремень винтовки. Он оглянулся, будто ожидал за спинами своих товарищей увидеть жутких тварей, вылупившихся из яйца. Сержант Хэллер, сразу — без перевода — догадавшись, что дело нечисто, рявкнул:

— Рассыпаться! Шайтан — северный сектор! Цеце — южный! Гнутый, со мной! Рыжий — запад! Ухо — восток!

Бойцы разбежались в одно мгновение, словно вспугнутые перепелята. Заняли выгодные для стрельбы позиции, заводили перед собой стволами винтовок, пока еще не видя врага, но понимая, что он может оказаться совсем рядом

— Что?! — сержант Хэллер схватил Павла за плечо. — Что не так?!

Иван и Степан переглянулись. Спросили одновременно по-русски:

— Что не так?

— Шар! — Павел крепко сжимал в руках штурмовую винтовку. — Что с ним? Он открылся? Ты был, когда это случилось? Ты видел это? Там внутри было что-то?

— Открылся? — Степан нахмурился. — Нет.

— Тогда что случилось?

— Да ничего.

— Но яйцо! Шар! Где оно?

Степан виновато потупился. Искоса глянул на Павла, на сержанта Хэллера. Посмотрел на Ивана. Признался со вздохом:

— У меня.

— Что ? — Павел подумал, что неправильно что-то понял.

— О чем вы говорите ? — рычал сержант Хэллер

— Шар у меня… — неохотно повторил Степан — Во дворе лежит…

— Здесь?! — задохнулся Павел.

— Там, — показал себе за спину Степан.