— Яйцо здесь! — Павел рявкнул не хуже сержанта Хэллера. — Там! В пристройке!

Сержант сориентировался мгновенно. Он заорал на всю деревню:

— Все сюда! — Одновременно подхватил компьютерный планшет, открыл его, не глядя ткнул в кнопку голосовой связи: — Обнаружено яйцо! Вызываю подкрепление! — Отключив связь, рявкнул на Ивана и Степана: — Всему гражданскому населению срочно покинуть зону!

Они, конечно, ничего не поняли, а если бы и поняли, выполнять приказ не стали бы. Это была их земля, это были их дома, и никакой самый громкоголосый сержант не сумел бы прогнать их отсюда…

Двор был открыт. За тяжелыми воротами загустела пахнущая сеном и навозом тьма, и в ней смутно вырисовывался силуэт огромного яйца.

— Оно действительно там, — сказал Рыжий, осторожно заглянув в пристройку.

— Закрытое? — спросил сержант, хотя это было ясно и так.

— Да.

— Его надо немедленно оттуда вытащить.

— Но как?

— Так же, как его туда затащили.

— Оно радиоактивно, — заметил Рыжий.

— Вернувшись, получите по бутылке красного вина, — пообещал сержант.

— Почему нам не дали счетчики? — возмутился Цеце.

— Заткнитесь! — рявкнул сержант Хэллер и тут же добавил чуть мягче, словно извиняясь: — Сейчас не время…

Они стояли перед раскрытыми воротами и не решались войти внутрь. Непонятно было, что же делать.

— Голованов! Спроси у этого Степана, как он затащил туда это чертово яйцо?

Мужики, несмотря на грозную ругань сержанта, никуда не уходили. Они стояли совсем рядом, за спинами бойцов. Иван даже держал перед собой ружье, целил в стальной шар — Павел в двух словах уже объяснил ему, что никакой это не спутник.

— Говорит, обвязал веревкой и приволок лошадьми.

— Зачем оно ему понадобилось?

— Говорит, хотел разобрать. Думал, что в хозяйстве на что-нибудь сгодится.

— Разобрать! — Сержант зло глянул на виновато понурившегося Степана. — Эту штуку только атомной бомбой разобрать можно!.. Сгодится!.. Что нам теперь делать, черт возьми?

— Ждать подкрепление, сэр, — сказал Гнутый.

— Тебя не спрашивают, умник! Необходимо срочно эвакуировать всех гражданских!

— Они никуда не уйдут, — сказал Павел.

— Как это? Почему?

Павел пожал плечами. Как объяснить сержанту, что эти люди скорее умрут здесь, чем оставят свои дома? Эвакуировать их можно только силой. Но сейчас нельзя разделяться — яйцо может открыться в любой момент. И тогда потребуется вся огневая мощь маленького подразделения. И даже, возможно, старинное двухствольное ружье окажется кстати.

— Входим внутрь! — решился сержант. — Окружаем яйцо. Близко не подходить!

— Но, сэр… — хотел что-то возразить Гнутый. Сержант свирепо глянул на него, и боец смолк.

Они ворвались во двор по всем правилам военной науки — двумя группами, прикрывая друг друга — словно штурмовали захваченное противником помещение. Сразу же рассредоточились, нашли себе укрытия — достаточно условные, ненадежные. Только Иван со Степаном по-прежнему стояли в воротах, с искренним, каким-то детским любопытством наблюдая за действиями боевой группы. Глядя на беспечных мужиков, сержант свирепо скрипел зубами и размахивал руками — уйдите, уйдите прочь! Но они лишь отступили на пару шагов.

Двор у Степана был просторный. Несколько бревен, словно колонны, подпирали крышу. Тусклый свет едва-едва сочился через единственное рубленое оконце. Возле дальней стены располагались клетушки для скотины, там кто-то шевелился — то ли овцы, то ли козы. Поверху на поперечных балках были настелены длинные жерди. Между ними торчали клочья старого сена и соломы. И там тоже кто-то был — шуршал, трепыхался, сыпля трухой. Должно быть куры разгуливали по сеновалу под крышей. А их в хозяйстве у Степана, видимо, было немало — утрамбованный земляной пол был сплошь в курином помете и пухе.

Сдавленно запищал компьютер. Сержант бросил на него взгляд, объявил всем:

— Подкрепление прибудет через двадцать минут!

Бойцы не отреагировали. Они внимательно и напряженно следили за мертвым яйцом, в котором сейчас почти наверняка бурлила жизнь. Цеце спрятался за большим, окованным жестью ларем. Рыжий выглядывал из-за столба, подпирающего крышу. Коротышка Шайтан поднялся на сеновал, улегся там на гнилом сене, высунув ствол винтовки между сухих жердин. Гнутый укрылся за однолемешным плугом. Ухо, опустившись на одно колено, застыл возле ворот.