Шрифт:
Джасинда подавила в себе внутреннюю дрожь, которая сотрясала ее от слов Блекстоука.
Когда Блекстоук покинул Бонклер, начался мелкий дождь, похожий на серую изморось. Погода соответствовала подавленному настроению Джасинды. Она стояла у окна гостиной, наблюдая, как его экипаж исчезает за поворотом.
– Как ты решилась сделать такое? – вслух спросила она себя. – Как ты можешь выйти замуж за этого человека?
Но что она еще могла сделать? Тристан был мертв. Герцог болен и, возможно, не поправится уже. Не осталось никакого другого пути, чтобы не дать Блекстоуку разорить ее родителей. Но как после желанных прикосновений Тристана она отдаст себя в руки Блекстоуку? Это злой и коварный человек. Теперь она была уверена в этом, как никогда. Ее жизнь превратится в постоянную муку. Может быть, ей именно этого и хотелось. Может быть, ей хотелось быть наказанной за то, что она жива, когда Тристан и Элла, Ида и Спар, когда все остальные мертвы.
Она услышала шорох юбок и отвернулась от окна. В гостиную вошла леди Сандерленд.
– Это отъехал экипаж Блекстоука?
– Да, мама.
– Почему ты не сказала мне, что он здесь, я спустилась бы раньше.
– Я хотела поговорить с ним наедине. Поэтому и попросила приехать так рано.
Леди Сандерленд подняла удивленно брови.
– Ты посылала сама за ним?
– Да. – Ответ Джасинды прозвучал, словно вздох. Ее силы иссякли. – Мы обсуждали свадьбу.
Мать грациозно присела в кресло, в котором совсем недавно восседал Блекстоук.
– Как замечательно, Джасинда! И когда это будет? Ох, предстоит столько дел! Необходимо перемерить и подогнать твое подвенечное платье – ты стала такой худой, Джасинда. Мы должны пригласить гостей и…
Джасинда заткнула уши, чтобы не слышать болтовню матери. Почему она так хочет женить Блекстоука на своей дочери? Девушка смотрела на леди Сандерленд и совершенно неожиданно увидела в своей матери себя через десять лет. Ее красота поблекнет, обожатели исчезнут. Не останется ничего, кроме нелюбимого мужа и особняка. Ничего, что смогло бы обогреть ее душу. Это была скорбная картина.
Да, решила Джасинда. Отчасти, я для нее выхожу замуж за Блекстоука. А, может быть, для того, чтобы вырваться от нее?
– Джасинда! Ты слышишь меня? Ты снова вся в своих фантазиях! В конце концов, тебе пора прекратить это!
– Нет. – Ответ дочери был настолько резким, что испугал обеих. – Нет! Я не прекращу мечтать. Это все, что у меня было, и все, что только мне остается.
– Джасинда!
– Мама, не надо приглашать никаких гостей и волноваться из-за подвенечного платья. Мы с Роджером поженимся здесь, в Бонклер, в присутствии наших семей и нескольких друзей.
– Но, Джасинда, ты ведь выходишь замуж за виконта Блекстоука! Ты не можешь…
Джасинда повернулась спиной к матери и направилась к двери.
– Я очень хорошо знаю, почему дала согласие на этот брак, мама, и свадьба будет такой, как мне этого хочется.
Тристан расхаживал по палубе. Его глаза были прикованы к морю, плещущемуся впереди них и подгоняющему их быстрее выплыть к берегам Англии. Если бы его тоска могла изменить направление ветра и наполнить паруса штормовым ветром!
Вопросы сводили его с ума. Пеннивайт – куда он ее повезет. Вернулась ли она к родителям? Что произошло с ней с тех пор, как в огне утонула «Габриэлла»? И новая мысль сжимала сердце – что предпримет Блекстоук? Тристан никогда не говорил Джасинде, что Блекстоук и есть тот самый англичанин, который похитил Эллу. И зря он не сказал ей этого. Ему казалось, что у них еще много времени впереди. Но теперь уже поздно что-либо исправить.
Что Блекстоук сделает с ней?
ГЛАВА XXIX
Несколько дней спустя после того, как Джасинда согласилась выйти замуж за Блекстоука, она взяла экипаж и в сопровождении миссис Шипвик неожиданно появилась на пороге лондонского дома своего жениха.
– Джасинда, дорогая, – сказал Блекстоук, встречая ее в прихожей. – Что привело тебя в Лондон? – Он наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.
Джасинда заставила себя вытерпеть его прикосновение.
– Я хочу начать поиски англичанина.
– Сейчас? Но не будет ли разумнее и проще заняться этим после свадьбы, ведь мы будем жить в Лондоне вместе?
– Нет.
Блекстоук протяжно вздохнул.
– Вы стали непреклонной женщиной, леди Джасинда. Не могу сказать, что эта новая черта мне нравится. – Он взял ее за руку и повел в кабинет. Когда она села, Блекстоук подошел к столу и взял трубку. Протянув руку к кисету за табаком, он сказал: – Думаю, ты пришла ко мне с какой-то идеей? С какой?
– Большинство женщин попадает на корабль англичанина из трущоб Лондона. Это значит, что у него есть здесь помощники – убийцы, воры и прочий сброд. Он платит им за грязную работу. Или платит кто-то от его имени.