– Нет. Они не одержимы, это не как тринадцатого. Я думаю, мы им поможем.

– Как?

Порошок сбивался в комки, и я тряс банку, вертел ее, бил по крышке, как в бубен. Через несколько минут молочный порошок был готов к ритуалу.

– Мы будем усиливать их построения, – пояснил я и отодвинул в угол столик. Площадка для ритуала перед тотемом была готова. – Сейчас будем укреплять их кольцо.

Я высыпал на пол порошок, описав замкнутую окружность. Высыпал насколько можно медленно, равномерной тонкой полоской. Серафиму это понравилось: он пробежал по периметру круга и тявкнул. По тотему сообщили, что небольшой отряд крестьян в гражданских машинах был пропущен в центр. Полицейские-Хранители вначале не хотели их пропускать, но крестьяне пригрозили остановить движение по кольцевой окончательно, и им уступили. Делегация, двигавшаяся к Дворцу Магистров Латвии, тащила с собой гроб.

– Кипяток надо, – сказал я, изучая способ приготовления молока из порошка, описанный на этикетке. – Или теплой воды.

Серафим пробежал по кругу еще и еще раз, а потом запрыгнул ко мне на плечо. По тотему передали, что движение по Бривибас, главной улице Риги, практически остановлено. Александр принес стакан теплой воды, и я всыпал туда порошка. Стакан мы установили в центре круга.

– Мешай, пока не растворится, – попросил я Александра. – Сейчас еще крови добавим: они тащили какой-то гроб.

Серафим запищал и бросился на меня, когда я поднес нож к руке.

– Серафимка, не волнуйся. Просто пара капель.

А он не успокаивался, все пищал, кусался даже.

– Может, все-таки не надо? – спросил Александр. – Ты еще после камлания слабый, и вон Серафим, смотри, не одобряет.

– У Серафима на то личные мотивы. А сам я – в полном порядке. Шаман я в конце концов или нет?!

Нож скользнул по моей ладони, я сжал руку в кулак, и несколько багровых капель нырнули в молоко. Одна, вторая. Третья. Я отодвинул Александра от стакана, взял ложку и принялся мешать сам, болтать ею в молоке с утроенной силой. Серафим тихо наблюдал с дивана: обиделся.

– Крестьяне доставили к Дворцу Магистров Латвии гроб, – сообщил на латышском языке дух-вестник тотема.

Показывали кадры прямого эфира: на гробе лежала желтая искусственная роза. Крестьяне скорбели о раненом сельском хозяйстве.

С гроба сняли крышку.

– Три коровьих головы в гробу, – продолжал дух-вестник, – символизируют участь коров Латвии. Крестьяне больше не могут продавать молоко, и коров во избежание экономических убытков придется пускать под нож.

– Заменить молочное производство на мясное… – озадаченно пробормотал Александр и закурил сигарету. – Ритуал получился?

Ложка бренчала все громче и громче, наконец стакан не выдержал и лопнул, молоко хлестануло на пол. Я еле успел выскочить наружу; в следующее мгновение у нас в середине комнаты образовалось идеально круглое белое озеро с островками битого стекла.

– Получился, – ответил я. Руки немного дрожали, но я старался этого не показывать: я ведь крепкий, я могу нормально ритуал провести.

К вечеру магистр земледелия Розе объявил об отставке.

Жезл Северного Сияния состоит из трех главных элементов: батарея деструкции, стальной нерв и спираль белого каления. Батарея деструкции есть источник питания артефакта, нижняя энергетическая точка, так сказать, пищеварительная система, желудок жезла. Батарея деструкции снабжает рабочую часть артефакта силой. Собрать переносной элемент питания на 220 вольт оказалось делом достаточно сложным. Пока что я придерживаюсь версии с батарейками от ноутбуков: соединив в цепочку последовательно пятнадцать-шестнадцать штук, можно будет достигнуть требуемого эффекта. Где взять столько батареек, я пока не знаю.

Со стальным нервом все проще. Стальной нерв я уже практически собрал из старой синей лампы и нескольких вэфовских деталей. Это одновременно и проводник энергии из батареи деструкции на спираль белого каления, и рукоять управления. Стальной нерв есть каркас, позвоночник жезла, его кровеносная система, его сердце.

Самые большие сложности – со спиралью белого каления. Это главный рабочий элемент артефакта, источник излучения, превращающий электричество в божественный очищающий свет северного сияния. Спираль белого каления есть третья, высшая энергетическая точка артефакта, его разум, его мозг. Я перепробовал неизмеримое количество самых разнообразных предметов из самых разнообразных материалов, но ничего подходящего пока не нашел.

Иероглифы Джимми наглядно демонстрировали, что к чему подключается и как собирать жезл. По сути, нужно было только чем-то заменить лампочку и достать переносной аккумулятор, то бишь собрать батарею деструкции и найти спираль белого каления.

Я отыскал в телефоне номер одноклассника, который вроде бы собирался учиться на электрика.

– Арнис?

– Да, а кто это?

– Это Степа, мы в одном классе учились. Помнишь меня еще?

– Ааа, Степка! Конечно, помню! Чего позвонил так вдруг?