Старки задумчиво сверлил его глазами.

— Ты с нею прошлой ночью не был.

Кавена резко вскинул взгляд.

— Твоя работа — следить за этим семейством, но это не значит, что ты должен превращаться в вуайериста!

С насмешливой учтивостью Старки поднял бровь.

— Прости.

— За что? — проворчал Кавена.

— За то, что переступил границу между служащим и работодателем, — невозмутимо произнес Старки.

Кавена выругался сквозь зубы и запустил в волосы пятерню.

— Только не впаривай мне эту чепуху. Ты прекрасно знаешь, что тебя вряд ли можно считать просто служащим.

Старки смягчился.

— Знаю. Дэр, ты весь как сжатая пружина с тех пор, как привез ее сюда. Проблема не в том, что ты с ней спишь, как думает каждый в поместье, а проблема как раз в том, что ты не спишь с ней.

— Беспокойся о колдуньях и кинжалах, Старки. Я же обойдусь без совета психолога.

Обернувшись к окну, Кавена наблюдал, как Кимберли исчезла из виду. Позади себя он почувствовал, как Старки пожимает плечами.

— Как скажешь, босс.

— Черт бы тебя подрал, Старки, что ты пытаешься доказать? Хочешь, чтобы я взорвался?

— Только не я. Мне уже довелось быть при тебе в паре случаев, когда ты вышел из себя. Я скорее сведу тебя с Ким. Что-то мне подсказывает, что она с этим справится. Иди к ней и сними напряжение. Раз уж все в поместье убеждены, что ты делишь с ней постель, ты мог бы взять на себя смелость и сделать это, наконец.

Кавена бросил в сторону друга тяжелый взгляд.

— Твои умозаключения по поводу того, как обращаться с женщинами типа Кимберли, меня просто изумляют. — Он сгреб страницы рукописи «Вендетты» и толкнул через стол. — Хочешь посмотреть, что на самом деле женщина хочет от мужчины? Вот, почитай это.

— Что это такое? — Старки с любопытством собрал страницы и пролистал их.

— Часть книги, над которой сейчас работает Кимберли. Обрати особое внимание на Джоша Валериана.

Старк поднял глаза.

— Зачем?

— Потому что для Кимберли это идеал мужчины.

Старки выдал одну из своих редких и похожих на волчий оскал ухмылок.

— Я так полагаю, что ты не годишься на роль Джоша Валериана?

— К радости Валериана, у него полное взаимопонимание с героиней, — произнес угрожающе Кавена. — Он, кажется, всегда знает, что она думает, как чувствует. Более того, он в совершенстве понимает ее мысли и чувства.

— Ну и что? Что тут мудреного? В людях ты же всегда хорошо разбирался.

У тебя что, нет вполне ясного представления, о чем думает Кимберли большую часть времени?

— Да, есть. К несчастью, в этом нет ничего для меня хорошего. — Кавена обошел стол и забрал свой замшевый пиджак.

— Отчего?

— Потому что я не всегда соглашаюсь с ней или одобряю то, что она думает или как она думает.

Старки послал ему снисходительно-удивленный взгляд.

— А ты и не должен. Ты же мужчина. А она женщина. Как ты можешь на все реагировать так же, как она?

Кавена криво улыбнулся, натягивая пиджак.

— Знаешь, Старки, ты сразу зришь в корень. И абсолютно прав. Зачем мне беспокоиться, что я не Джош Валериан? Ким — взрослая женщина. Ей не нужно мистическое подобие самой себя. Ей необходим мужчина.

— То есть ты.

— Чертовски верно. — Кавена задержался, почувствовав, что в кармане что-то зашуршало. Он вытащил помятый желто-коричневый конверт с письмом адвокатской конторы из Лос Анжелеса. — Валериан не единственная помеха на моем пути сейчас. — Он отдал конверт Старки. — Посмотри, что ты можешь разузнать об этой ситуации, ладно? Я хочу побеседовать с одним из этих адвокатов.

— Ты сейчас собираешься пойти за Ким? — Старки взял конверт.

— Думаю, я освобожусь от этого своего чрезмерного напряжения, на которое ты жаловался, — пробормотал Кавена, шагая к двери.

— Наорав на нее или затащив в постель?

У дверей Кавена обернулся, зеленые глаза сузились с выражением, которое Старки хорошо изучил за долгие годы.

— Думаю, попытаюсь всего помаленьку. Посмотрим, какой метод лучше сработает.

— Наверно, второй, — откликнулся вполне серьезно Старки.

Кавена хлопнул дверью кабинета и широким шагом проследовал через холл к двери, которая выходила в сад.

Здание являлось ничем иным, как сараем, приткнувшимся у подножия холма, покрытого виноградниками. Впрочем, то обстоятельство, что оно стояло в стороне, и его не было видно из главного дома, делало из него весьма привлекательное убежище.

Когда Кимберли обнаружила этот сарай, минуя запретную каменную ограду, то тут же к нему направилась.