– Нет...

– Говори, сука!
– Скворцов поддал как следует Амиру кулаком отчего тот стал задыхаться - кто с тобой был? Кто пленного взял? Куда пленного дели?! Говори! Э, Шило укрепи-ка пока виселицу для нашего дорого рафика-ашрара. Не терпится мне его повесить.

– Рафик Николай... судить будут.

– А меня так и так судить будут. Я пленного потерял, он на мне числился, понял? А пленный - не простой. Лучше пусть за дело судят!

Шило подтащил табуретку, взобрался на нее, начал ладить виселицу. Точно так же как это делал сам Амир - верней не он, а его подручные. Ведь духи боятся виселицы как огня, по канонам ислама горло в момент смерти должно быть свободным, чтобы душа могла выйти из человека и направиться к Аллаху. А если горло несвободно - то не остается ничего другого душе, как выходить из тела через другое... отверстие. И к Аллаху испачканную дерьмом душу - не пускают, и обречена она на вечные муки. Поэтому для душмана, и вообще для любого правоверного смерть на виселице - позор, чтобы ее избежать и умереть от ножа или от пули - он все расскажет. Спецназовцы это знали.

– Кому. Ты. Отдал. Американца?

Амир, глядя на смастеренную петлю и в самом деле понял, что его собираются вешать. И - лопнул как мыльный пузырь, затараторил так, что и записать не успеешь при всем желании...

– Эти... из Кабула были... на Волге приехали... их рафик Павел привел... рафик Павел... сказал что они шурави... с особым заданием.

– Какой рафик Павел?

– Рафик Павел... Здесь сидит...

Вот это - номера! Советник при местном управлении ХАД от КГБ! Его кажется, и в самом деле Павлом зовут!

– Рафик Павел. Твой мушавер?

– Да, да, мушавер!

– И он привел к тебе тех, кто из Кабула?

– Да, да...

– А почему рафик Павел сам за пленным не поехал?

– Не знаю, клянусь Аллахом! Он сказал - здесь подожду!

Клятва с Аллахом в свидетелях из уст заместителя начальника ХАД выглядела по меньшей мере странно

– А потом что было?

– Потом они пленного сюда привезли! И в Кабул поехали! Рафик Павел с ними поехал.

– Одни?!

– Одни... Рафик Павел машину свою взял. И у этих машина была...

Ездить по дороге на Кабул просто на двух машинах без колонны было опасно

– Кто приезжал из Кабула? Ты документы у них проверил

Треснула, вылетая из дверного проема, хлипкая дверь

– Дреш!!!

Губа в расположении была просто отвратительная...

Не камера - обычный зиндан, наскоро выстроенный. Это еще ничего, что сейчас под ночь попали. Можно тюфяком укутаться, ночью помереть от переохлаждения можно. Ночи в Афгане - даже летом холодные.

Но все равно - лучше так, в своем расположении, чем в какой-нибудь афганской тюрьме в Джелалабаде.

А попасть - попали. Можно и срок огрести, запросто. Как минимум - пару лет дизеля***, это к гадалке не ходи. Покинули самовольно часть, нарушили прямой приказ, напали на чиновника ХАДа. У него же на роже не написано, что он душманам продался? Не написано

Попали...

– Слышь, лейтенант... Хоть немного отыгрался

– Ты о чем?

– Раньше все залеты - на мне были. Теперь - из-за тебя залетели

– Оно так. Давай спать.

Хотя в зиндане было темно - о том, что взошло солнце, спецназовцы поняли сразу. Стало теплее, уже не случали зубы, выбивая барабанную дробь. Осталось только подождать, пока принесут пожрать...

– Э, а кормить то нас будут?
– заорал Шило

– Щас покормим... Чего изволите?

– Рыбы красной**** тащи! И сгуща! И побольше, побольше!

– Рожа не треснет? Сечки принесу и довольны будьте!
– отозвался часовой

– Вот выйду, тогда узнаешь, почему фунт лиха! В нарядах сгною - без злобы пообещал часовому Шило

Загремел засов на двери - однако вместо красной рыбы и сгуща, и побольше - в зиндан спустился майор Квача, почему то нарядившийся в старую, замызганную форму