– А кто сказал, что это нужно?.. – Он взъерошил волосы и черкнул рукой по лбу.
– Слушай, иди спать, Диана, я очень от тебя устал.

– Тогда это взаимно.

– Тоже устала от меня? – Он снимает майку, и я не желаю этого видеть.

– Нет, устала от себя, - и ухожу вглубь комнаты, где не возникает глупых соблазнов.

** ** **

На следующий день мне позволили встретиться с Мойрой – этой встречи я ждала больше других. За время моего отсутствия она изменилась – стала более живой, и уже не казалось подростком благодаря здоровому цвету лица и резвости, соединенной с врожденной грацией. Мне было приятно оказаться в ее объятиях. Мы смотрели друг на друга и смогли передать все то, чего нельзя передать словами.

– Я рада, что ты вернулась.

– Не могу сказать тог же самое, но…

– Пожалуйста, Диана, - засмеялась девушка, - неужели ты думала, что он тебя не найдет.

– Думала. Я верила в это.

Мойра улыбается. Ми сидим на диване, и она кладет свою руку на мою ладонь и крепко сжимает.

– Ты не представляешь что было, когда ты исчезла. Кристоф весь дом на ноги поставил, я думала он всех поубивает. Знаешь ли ты, что твоими поисками занималось несметное количество людей.

– Слушай, - я делаю паузу, - а помнишь того исследователя, из лаборатории. Не знаешь, где он сейчас?

Мойра забирает свою руку и сразу становиться серьезной.

– Не знаю. Он исчез. А разве это важно?

– Просто я ему обязана, и мне не хочется думать, что он пострадал из-за меня.

– Только поэтому.

Возможно, я могла найти другой вариант ответа, но в тот день и миг он мог быть только одним:

– Да.

После этого Мойра снова весела и открыта для общения.

Она встает и подходит к окну, и я понимаю, что моя кровь таки помогла этой девчонке. Возможно, даже больше, чем я надеялась.

– Ты готова к балу? – спрашивает она.

– К какому балу?

– Вообще-то Кристоф запретил об этом рассказывать, говорит, ты не готова, но я считаю, ты имеешь право знать, ты теперь почти член семьи.

Я пропускаю мимо ушей последние слова и спрашиваю о том, что меня действительно интересует:

– Так что насчет бала?

– Он проходит один раз в год и всегда у нас, поскольку мы считаемся верховными. На балу появятся самые сильные… существа нашего мира, но не волнуйся, до этого еще осталось три месяца.

– Действительно, не надо волноваться.

Я начинаю рассказывать о своей жизни во время отсутствия, а она о том, как начала выздоравливать. Мне жаль, что меня не было в это время рядом, и я ей сразу об этом заявляю. Мойра улыбается – она простила.

В обед мы идем в большую столовую, где уже накрыт стол на четырех персон. Обычно стол накрывали только для Дженоба, а сейчас и для Мойры, и для Кристофа, который никогда в это время никогда не бывал дома, и… для меня.

– Но ведь у тебя всегда дела, - успеваю удивиться.

Мне отвечает Дженоб.

– С тех пор как ты к нам приехала, он с дому боится выйти.

Кристоф бросает на Дженоба сердитый взгляд, но старик не кажется испуганным.

– По-моему, Кристоф, это девочка и так уже давно поняла, что ты у нее на крючке, ведь только полный идиот поедет за каким-то человечком в другую часть мира. Да, Диана?

– Гм, Кристоф не кажется пойманным. Скорее напоминает ребенка, нашедшего любимую игрушку.

– Что ж, - встревает Мойра. – Бывает, игрушка, купленная в детстве, дороже живых существ… Ладно, я проголодалась, давайте есть.

Не знаю почему, но я улыбаюсь. Кристоф замечает эту улыбку и готовится меня за нее убыть. А потом случается неожиданное: он несмело улыбается в ответ, чем удивляет не только меня, но, кажется, и довольного Дженоба.

– Похоже, пребывание Дианы в нашем доме позитивно влияет на твое поведение. Ты даже на людей перестал бросаться, превращаешься в настоящего представителя породы.

Это должно быть смешно, но Кристоф не улыбается – его улыбка напоминает собачий оскал, и даже Мойра боится встревать в разговор.

Очень некстати, будто специально поджидая момента, в комнате появляется служанка, несущая десерт. Она пытается выгладить бесстрастной, но ведь я тоже была на ее месте и знаю – это только маска, скрывающая страх.

Она ставит на стол маленькие тарелки, и ее руки под взглядом младшего вампира начинают трястись. Всего миг – и вот уже яркое блюдо оказалось размазанным по правому рукаву Кристофа.

У меня в голове проноситься шквал мыслей – начиная вопросом о том, почему вампиры помимо крови едят нормальную еду, просто с большим количеством мяса, и заканчивая тем, сколько Мойре на самом деле лет. Я вырываюсь из облака мыслей, и вижу картинку, которая навсегда останется в моей памяти.