— Так-так, — пробормотала Рашамаль, разглядывая полученный результат. — Намертво.

Захочешь — не отрежешь.

Лейла радостно улыбнулась и подмигнула Халифе.

— Только вот пришита пуговица не той стороной, — наставница ткнула пальцем в работу.

— А… это… мне так больше нравится, — нашлась Лейла. — Но это ведь мелочь, верно? В другой раз пришью, как положено.

— Мелочь? Пожалуй… — в голосе наставницы послышалась нехорошая ирония. — Ну, если уж придираться к мелочам, то вы, ханым, вообще-то произнесли не пришивающее заклинание, а подшивающее. То самое, с помощью которого нормальные колдуньи обычно подворачивают подол.

Лейла растерянно заморгала. Рашамаль поправила очки.

— Кажется, вы еще в конце прошлого года должны были начать на Защите курс невербальной магии. Определенно, ханым, вы делаете успехи, — она обратилась к классу. — По окончании школы вы все должны будете освоить домашнее колдовство без слов. Вы видели, как колдуют ваши матери? Ну, во всяком случае, большинство из них. Молча. И вам предстоит повторять весь курс бытового колдовства и чар по невербальной методике.

Ученицы принялись переглядываться.

— Произносимые слова не имеют решающего значения, если вы четко представляете себе, чего хотите. Лейла-ханым только что это продемонстрировала, заодно подтвердив и свой преобразовательский талант — превратив одно заклинание в другое. Разумеется, ей помогло то, что заклинания были сходными, из одной группы.

Скажи она, например, заклинание левитации, эффект был бы совсем другим.

Затверженные формулы важны в начале обучения, для того, чтобы помочь волшебнику настроиться на определенное действие. Но по большому счету вы колдуете не словами, а усилием воли. Разумеется, я не имею в виду высшую магию, она и опытным сильным колдунам, как правило, неподвластна в невербальной форме, и тем не менее… Для взрослого волшебника произносить вслух самые наипростейшие заклинания — дурной тон, изобличающий слабые умения или нежелание сосредотачиваться. Это все равно, что в тридцать лет читать вслух по слогам, высунув язык и водя пальцем по строчкам.

Девушки в классе захихикали.

— Шестой и седьмой курс — время окончательного становления магии. Тем, кто ушел из школы после С.О.В., конечно же, никогда не достичь полного развития своего потенциала. Хотя для повседневного быта этого вполне достаточно.

Одна из девушек подняла руку.

— Ханым-эфенди, но мы еще не изучали невербальную методику.

Класс загудел растревоженным ульем. Рашамаль выглядела озадаченной.

— Не начинали? Странно. Я поговорю с Сулейманом-эфенди. Он слишком занижает требования. Если бы С.О.В. по Защите у вас принимал не он сам, а сотрудник Министерства, как у юношей, ваши оценки тоже были бы гораздо хуже.

Халифа закивала, вскакивая.

— Да, правда. В Хогвартсе выяснилось, что у меня отвратительная подготовка по Защите, совершенно не соответствующая оценке С.О.В.

Наставница нахмурилась.

— Я разберусь с этим. Продолжим урок. Возьмите палочки. Лейла-ханым, раздайте всем по куску ткани и садитесь на место.

За обедом Лейла весело нацелила на Халифу куриную ножку, на манер палочки.

— Ты видела? Как я ее пришила, а?! Причем совсем другим заклинанием!

Халифа рассеянно жевала, думая совсем о другом. Лейла привычно отобрала у нее перечницу.

— Хватит, язву заработаешь. Так вот, что я хочу сказать? Твоя неудача в анимагии связана не с тем, что ты делаешь что-то неправильно. Ты просто не хочешь. Дело вовсе не в способностях, а в сосредоточении магической силы… Ты меня слушаешь?!

Халифа взглянула на нее так, будто только что увидела.

— Сестрица, тебе все это не кажется странным?

— Еще как кажется! Ты где?

— Я думала о профессоре Карзаноте.

Лейла хмыкнула.

— Когда ты уходишь в себя, то начинаешь называть наставников на хогвартский манер.

— Я снова сравнивала его с профессором Люпином.

— Это который оборотень?

— Да. Он вел уроки совсем по-другому. А во время полнолуний его замещал наш декан или директор Дамблдор. Но и они преподавали гораздо жестче, чем это делает Сулейман-эфенди. Почти на каждом уроке были практические занятия, причем в дуэльной форме.

Лейла испуганно вытаращилась.

— Дуэли на уроке между учениками?!

— Да, или даже с самим наставником.

— Но это же опасно! Можно получить травму!

— Ну да. Мы и получали. Я сама пару раз в лазарете валялась.

Лейла тихонько застонала. Халифа невозмутимо продолжала:

— Зато нас в Хогвартсе готовили к реальной угрозе, учили терпеть боль и справляться со страхом причинить ее другому. Когда меня впервые похитили, я едва смогла применить сногсшибатель к одному из мерзавцев. Я попросту боялась, понимаешь, боялась навредить врагу! — девушка бросила вилку, аппетит пропал. — Люпин всегда был очень тактичен и терпелив. А вот когда Защиту вел Снейп, он сразу, напрямик, высказал мне, что я в ней — полный ноль!