Сегодня размеренный ритм работы был бесцеремонно прерван. В лабораторию почти вбежал Малфой, за ним плыли носилки с бесчувственным Макнейром.

— Северус, бросай все и займись им.

Зельевар подошел и осторожно прикоснулся к вороту мантии пострадавшего, приоткрыв клочок обожженной кожи. На Макнейре не было живого места — даже под нетронутой одеждой. Снейп убрал ее заклинанием, и обожженный колдун судорожно дернулся и громко застонал. Ожоги резко закровили.

— Никакой магии! — воскликнул Люциус. — Только руками.

Профессор, не показывая удивления, достал из шкафчика несколько флаконов и принялся обрабатывать раны.

— Я уже видел подобные ожоги, — как бы между прочим, заметил он. — Они очень болезненные и долго не заживают.

Люциус зло прищурился.

— Естественно, ты их видел. В том числе и на себе самом. Год назад. Тогда, правда, у тебя и одежда тоже пострадала…

Рука Снейпа всего на секунду замедлила движение, но это не укрылось от Малфоя.

Блондин хищно усмехнулся.

— Да, Северус, сюрприз, не правда ли? Мнимые мертвецы стали часто оживать. Но, хоть это и не всегда ожидается, часто оказывается весьма полезным.

— Она что, здесь, в твоем замке? — бесстрастно спросил профессор.

— Да. Наш человек переправил ее из Эль-Муфди через камин. Но вот убрать ее отсюда сразу не получилось. Оказывается, девчонка не переносит чужую магию.

Обжигает любого, кто пытается на нее воздействовать. Даже просто оглушить нельзя.

Пришлось связать и запереть.

Мастер зелий повернулся к нему.

— Ты спятил, Люциус? Это легко отследить.

— А я не собираюсь прятаться. Мне как раз и нужно, чтобы Дасэби сразу узнал, кто именно заинтересовался загадочным воскрешением его дочки. Он не станет привлекать официальные власти или понапрасну геройствовать. У нас с ним свои счеты.

Снейп сразу все понял.

— Выкуп?

— Конечно. Но дело не только в деньгах. Я слишком многое потерял год назад.

Теперь хочу возместить ущерб… с процентами.

Оставив Снейпа заниматься Макнейром, Малфой вернулся в южное крыло замка, где находился его кабинет. Резко распахнул дверь. Связанная девушка лежала на холодном каменном полу, охраняемая домовиком.

— Я надеюсь, вы умеете вести себя как подобает? — негромко спросил Люциус.

Халифа молча кивнула. Домовик поднял ее и развязал, потом принес теплый плед.

Завернувшись в него, турчанка с ногами устроилась в кресле. Малфой сел за стол и, достав из кармана палочку Халифы, положил ее перед собой.

— Итак, поговорим.

Пару минут он молча разглядывал девушку. Халифа решила выдержать его взгляд, но это ей плохо удавалось. Наконец, блондин произнес:

— Сразу хочу сказать, что вы, собственно, меня не интересуете. Я хотел заполучить чистокровную невесту для своего наследника плюс ее огромное приданое.

Но теперь вы на эту роль не годитесь, поэтому остаются только деньги. Раньше я рассчитывал на пятнадцать миллионов. Теперь думаю запросить пятьдесят. Ваш отец может начинать собирать золото.

Помолчав немного, мужчина нахмурился.

— И еще… я требую вернуть кое-что, присвоенное вами. Не надо так удивленно смотреть. Вы скоро поймете, о чем я.

Девушка растерянно моргнула. Люциус усмехнулся.

— А пока я бы предпочел, чтобы вы считали себя моей гостьей.

У Халифы возникло ощущение "дежа вю". Она высокомерно прищурилась.

— Князь Исмаил тоже приглашал меня в гости подобным образом — похищая. Он плохо кончил, помните?

— Вы мне угрожаете? — спокойно осведомился Малфой. — Не стоит. Здесь никто не собирается вас провоцировать. Теперь вы — драгоценная персона. В буквальном смысле.

— Мне вернут мою палочку? — сдержанно спросила девушка.

— А зачем она вам? Все ваши желания здесь будут исполняться по первому требованию. Ну, почти все. Если будут какие-то особые запросы — обращайтесь ко мне, я сделаю все, что в моих силах.

— Вы и так уже достаточно натворили, — с горечью заметила Халифа. — Ваша жадность погубила Селима.

— Мисс Дасэби, поверьте, я не ожидал, что князь убьет его, — Люциус казался почти искренним. — В мои планы входило всего лишь напугать мистера Баранди и скомпрометировать вас, чтобы вашу помолвку расторгли.