Шрифт:
– Если на взлете не подстрелят, – усмехнулся Родион.
– Светка говорила, в школе ты не очень учился...
– Так зато «бурсу» на четверки окончил. Кое-что в нефтяном деле соображаю. Бурильщик как-никак...
– Ерунда твоя «бурса», – покачал головой Дмитрий. – Тебе бы в университет поступить...
– В какой университет?
– В наш Заволжский. На экономический факультет. Дело-то нужное...
– Да нужное, – не стал спорить Родион. – Только кто ж меня в университет твой примет?
– На заочное отделение примут. Набор уже, правда, закончен. Но есть у меня один человечек. Он тебе поможет. Не безвозмездно, конечно. Мое слово плюс определенная сумма – и считай, что ты студент...
– Студент?! Ха-ха, никогда не думал, что могу стать студентом... Слушай, а мне твоя идея нравится. Я, наверное, возьмусь за твоего человечка. Только ты про этот разговор не болтай. Сам знаешь, в каких я кругах вращаюсь. У нас людей по кличкам величают. Был Космач, стану Студентом. Нет, мне такое погоняло ни к чему...
– Да понимаю, понимаю...
Родион принял на грудь еще пятьдесят капель. И распрощался с Дмитрием.
Рядом с его «БМВ» остановился красавец «Мерседес». Родион подходил к своей машине и откровенно любовался чужой. Что ни говори, а германская техника – это высший класс!
Из машины вышла молодая красивая женщина. Родион заметил ее не сразу. А когда понял, кто перед ним, чуть не ахнул.
Это была Элона. Все такая же изящная и прелестная. Но все-таки это была не она. Отточенная до совершенства красота, холодный независимый взгляд, отталкивающая неприступность. Строгая манера держаться, строгая прическа, строгого покроя кожаный плащ. Это была не та девушка, которую он помнил. Это была леди, от которой веяло ледяной пустыней.
Она тоже узнала Родиона. На какой-то миг в глазах отразилось замешательство. Но она быстро взяла себя в руки. Улыбнулась ему. В глазах распустились розы. Только Родиону показалось, что он видит не сами цветы, а колючие шипы под ними...
Родион застыл как вкопанный. Он столько раз мысленно встречался с Элоной, иногда разговаривал с ней в грезах. И всегда ему было что ей сказать. А тут как отрезало.
Элона сама подошла к нему.
– Здравствуй, Родион! – Она снова улыбнулась и протянула ему руку.
Он лишь удивленно вытянул лицо. Но руки не подал. Она что, мужчина?!
Элона осознала свою ошибку. Но руку не отдернула – убрала ее плавным движением.
– Ах да, извини...
Будто только сейчас до нее дошло, что для нее он не деловой партнер. Будто только сейчас вспомнила, что они когда-то любили друг друга...
Родион вдруг понял, что эта женщина совсем не дорога ему так, как он думал недавно. Нет, чувства его не угасли. Что-то еще теплилось в его душе. Но пожара не случилось. Не плеснуло сердце горячей крови на жаркие угольки былого чувства...
– Я рада тебя видеть, Родион...
Уже не лед в ее глазах, а кубики сухого топлива, полыхающие синим огнем.
– Я тебя тоже, – пробормотал он.
Он давно жаждал увидеть Элону. Все откладывал встречу на потом. Представлял, как жарко забурлит в жилах кровь, как взбесится сердце. Но ничего такого. На удивление ничего...
Элона была еще краше, чем раньше. Но почему-то ему дорога та, прежняя. Может быть, потому, что Элона из прошлого принадлежала ему. А эта, из настоящего, принадлежит другому. Даже неважно, кому именно, другому, и все...
– Не думала я, что встречу тебя вот так, – сказала она.
– Как так?
– В обыденной обстановке... Я представляла все иначе.
– Я тоже.
– Да нет, ты ничего не представлял. Если бы ты представлял, мы бы давно встретились... Ты освободился весной, а уже осень.
– Я хотел. Но... Но мне было неудобно.
– Потому что я чужая жена. Потому что я не дождалась тебя. Потому что, потому что, потому что... Одни сплошные потому что... Ты злишься на меня. Возможно, ненавидишь... Я тебя понимаю... Но и ты меня пойми.
– Я тебя понимаю. И не понимаю. Я вообще ничего не понимаю... Мне трудно говорить, прости...
– А еще труднее выразить свои чувства, так?
– Трудно ли, нет, не знаю... Знаю, что хреново мне, Элона. Как узнал, что ты с этим, с Веней своим, так весь белый свет возненавидел. Я, можно сказать, из-за тебя на Веника твоего наехал. Чтобы с землей его сровнять. Из-за тебя...
– Ты многого достиг.
– Чего я достиг? – пожал он плечами. – Ничего я не достиг... Ты не моя. И моей не будешь. Так что давай прощаться. Разошлись наши дорожки, Элона. Ты ни в чем не виновата. Фишка так легла...