– Это уже мои заботы!

– Точно пустят?

– Да прорвемся, не переживай!

– Ладно, уговорил… Я сейчас!

Она нежно провела рукой по его спине и вернулась в свой пансионат. Минут через пять появилась с большой кожаной сумкой в руке, протянула его Феликсу.

– Что это? – спросил он.

И, не дожидаясь ответа, заглянул внутрь. Две бутылки шампанского, косметичка, какой-то сверток – наверное, женское белье.

– Шампанское зачем?

– Пригодится, – лукаво улыбнулась она.

– Да понятно, что пригодится. Но могли бы и по дороге взять. И то – виски надо брать. Такой же, как пили…

– Возьмем виски, – кивнула Таис. – А шампанское утром. Вместо пива…

Она собиралась остаться у него до утра. Был бы Феликс каким-нибудь салагой, он бы от радости сейчас подпрыгнул. Но он – солидный человек, и ему не к лицу столь бурно выражать свою радость.

По пути в санаторий он купил бутылку виски и две бутылки не очень дорогого коньяка.

– Это еще зачем? – недоуменно спросила Таис. – Я столько не осилю…

– Другие осилят, – залихватски подмигнул ей Феликс.

– Кто другие?

– Увидишь.

Дело в том, что санаторий охранялся как боевая воинская часть. Перед воротами гранитные надолбы – хочешь проехать, замедляй ход и маневрируй. Поверх бетонного забора пущена колючая проволока. На КПП два дюжих охранника-чоповца с цепкими глазами. Чтобы пройти мимо них, нужно предъявить санаторную визитку. У Феликса такая визитка была, у Таис, разумеется, нет. Зато у них есть две бутылки коньяка.

Феликс подошел к охраннику, с безобидной насмешкой заглянул ему в глаза. Он умел внушать уважение к себе – всем своим видом и особым воздействием на подсознание оппонента.

– Слышь, брат, разговор есть.

Парень проникся, суровые черты лица смягчились.

– Да, слушаю, – кивнул он.

– Тут такое дело, мы с другом девчонок сняли. Друг у одной остался, а мне с другой к себе в номер нужно…

Едва уловимым движением головы он показал на Таис, стоявшую в отдалении.

– Да-а, ничего девчонка… – одобрительно кивнул охранник. – Только нельзя без пропуска.

– Да я понимаю, что нельзя. Но я-то за нее ручаюсь…

– А откуда вы знаете, что она не террористка? – снисходительно усмехнулся охранник.

– Так я, брат, четыре года в Чечне безвылазно. Я этих террористов насквозь вижу… Да и не шахидка она, сам видишь…

– Да вижу, что русская. Но мне все равно может влететь…

– Если влетит, то не смертельно. К тому же будет чем стресс снять…

Бутылка коньяка окончательно сломила упорство охранника. А вторая отворила для Таис дверь в спальный корпус.

– А твой номер, случайно, не охраняется? – уже в лифте насмешливо спросила она.

– Надеюсь, что нет…

– А к чему такая строгость?

– Так сама же знаешь, какая обстановка в стране, террористы совсем оборзели…

– А что у вас здесь такого ценного, чтобы террористов бояться?

– Так санаторий-то военный. А военные объекты у террористов на особом счету. Поэтому и охраняются особо…

В санатории, помимо прочих, отдыхали офицеры, воевавшие в Чечне. К ним у бандитов особые претензии. «Чехи» и арабы – народ мстительный.

К числу этих офицеров Феликс относил и себя, и Мишку. Все-таки в Чечне они не последние люди. Но все это не так сложно, как в случае с подполковником Кабаржиным, командиром особой группы спецназа МВД. Не так давно его отряд почти что начисто разгромил целое бандформирование наемников. К сожалению, уцелел полевой командир Кабир, человек злой и мстительный. Говорят, он на Коране поклялся отомстить Кабаржину. В Чечне на него уже покушались. Сейчас он в отпуске, на своей земле. Но террористы могли достать его и здесь. Может быть, именно поэтому подполковник сейчас отдыхает в военном санатории, чтобы сбить с толку кабировских отморозков, которые, возможно, ищут его по санаториям Министерства внутренних дел. Если они вообще его ищут…

Но обо всем этом Таис знать не должна. Она хоть и не террористка, но гражданский человек, и ей не положено знать больше, чем положено…

Феликс чувствовал, что порядком пьян. Но тем не менее языку волю не давал. Говорил только о том, о чем можно было говорить…

Они поднялись на четвертый этаж, добрались до его номера.

– Нет охраны, – с подначкой заметила Таис.

– А напрасно, напрасно, – улыбнулся Феликс, распахивая дверь.

– Ты кого-то боишься?

– Боюсь, – важно кивнул он. – Самого себя боюсь…