Шрифт:
Из последних непонятно откуда берущихся сил он обернулся. Изможденное сердце радостно екнуло. К нему приближались разведчики в боевой раскраске и с бесшумными автоматами на изготовку…
Один разведчик опустился возле него. Феликс с трудом узнал в нем капитана Груздева, командира группы спецназа.
– Свои… – закрывая глаза, облегченно вздохнул. – Там, вверх по реке…
Он не знал, в каких координатах находится лагерь. Зато твердо знал, что нужно идти вверх по реке. Как долго – вопрос, на который он не знал ответа, потому что смутно помнил, как преодолел пройденный участок пути…
Пока его подчиненные преследовали убегавших боевиков, капитан Груздев оказал Феликсу первую помощь, вызвал «вертушку» для раненого. Вертолет появился через полчаса, Феликса загрузили на борт, прямым ходом отправили в госпиталь, где ему сделали операцию. Но как это происходило, Феликс не помнил. Он так глубоко ушел в небытие, что операцию можно было делать ему даже без наркоза…
Часть III
Глава двенадцатая
Петр прекрасно понимал, что виноват перед ней с ног до головы. Но даже глаз не прятал. Смотрел на нее нагло, вызывающе. Как будто перед ним стояла та самая дурочка Аделаида, о которую можно было вытирать ноги. Нет, она уже другая. Любовь и все сопутствующие ей чувства сгорели дотла, а на пепелище поселилась ненависть – холодная, бесстрастная…
«Ты поступил подло», – сказала она.
«Как поступил, так и поступил», – усмехнулся он.
Он поступил не просто подло, он поступил омерзительно. Она кормила его с ложечки, выносила из-под него дерьмо, мыла его, массировала ноги, спину, принуждала к специальным физическим упражнениям. Никто, кроме нее, не верил в его исцеление. Она спасла его своей верой, а он в благодарность за это женился на какой-то корявой суке, с которой у него когда-то был роман.
«Ты должен был жениться на мне», – в упор посмотрела на него Аида.
«Ничего я тебе не должен… Думаешь, это ты меня на ноги поставила? Между прочим, врачи сказали, что я и без твоей помощи выздоровел бы…»
«Почему они раньше тебе этого не говорили?» – саркастически усмехнулась она.
«Потому что они не знали, какой у меня сильный организм… А организм у меня сильный. И оргазм тоже… И вообще, я не понимаю, чего ты колотишься? Я ж тебя не бросаю. Будем встречаться как раньше…»
«От случая к случаю?»
«А тебе не нравится?»
«Мне все нравится…»
«Так в чем же дело?»
«Ни в чем…»
Разговаривать с этой скотиной было бесполезно. Он бросил ее, растоптал, унизил. К тому ж его женитьба – факт свершившийся. Он предал ее. А предатель должен быть наказан…
«Аида, ты не злись, ладно? – Петр решил, что конфликт исчерпан и он может дальше втаптывать ее в грязь. – Хочешь, я тебя утешу?»
«А твоя жена?»
«Так Тонька только через час вернется. А если и застукает, что здесь такого? Она же знает, что я перед тобой в долгу. А долги я всегда отдаю…»
Он стянул с нее курточку, стал расстегивать пуговицы на блузке.
«Я хочу есть…» – сказала она.
«Так это всегда пожалуйста. Но сначала я тебя собой накормлю…»
«Это как?» – удивленно повела она бровью.
«А сама знаешь, как!» – похабно осклабился он и взглядом провел по низу своего живота.
«Нет, сначала бутерброд».
«Колбаса в холодильнике, хлеб сама знаешь где…»
Где и что в этой квартире находится, Аида знала отлично. Она хозяйствовала здесь, пока Петр был никому не нужен. Теперь здесь другая хозяйка. Но ей не долго осталось…
Аида вытащила из ящика стола нож. Хороший нож, с острым стальным лезвием. Ручка удобная. При ударе он не согнется, не выскочит из руки. Она нарезала хлеб, когда появился Петр. Она посмотрела на него и презрительно усмехнулась. И что она нашла в этом недомерке. Маленький, худенький, семейные трусы, майка. Он даже не счел нужным приодеться…
«Что ты на меня так смотришь? – удивился он. – Не нравлюсь?»
«Нравишься, – кивнула она. – Так нравишься, что я хочу тебя съесть…»
«Так это всегда пожалуйста!»
С гнусной улыбкой он стащил с себя трусы и выставил на обозрение свой хренов отросток.
«Не знаю, как Тоня твоя с тобой живет. Не нравишься ты ей…»
«Кто тебе такое сказал?» – возмутился он.
«Я тебе это сказала. Но мне-то ты нравишься. Потому что я умею тебя готовить. Из тебя выйдет превосходное блюдо…»
Он так и не понял, что имеет в виду Аида. А она имела в руках нож. И ввела его по самую рукоятку… Чтобы приготовить кабанчика, сперва нужно его зарезать…
Клинок скользнул под ребро и вошел точно в сердце. Петр умер мгновенно. А жаль, Аида хотела, чтобы он хоть чуть-чуть помучился, прежде чем отойти в мир иной. И еще он должен был понять, что наступила расплата за его грехи…