Под ногами мёртво лежала рыжеватая пыль. Вход в крепость был протоптан, причём тоже много лет тому. Но самое интересное ждало Йорга метрах в двухстах от пролома. Незарастающая тропа вела к руинам субсветового лидданского разведчика, построенного очень давно. Стометровый вытянутый эллипс — машина была аэродинамически оптимизирована для посадки на атмосферные планеты — кто-то явно использовал в качестве кемпера. В борту корабля, за который любой имперский музей вывалил бы целое состояние, были прорезаны отверстия, и из них торчали наспех склёпанные кустарные лесенки. Самым диким на взгляд Детеринга оказалось то, что антиквариат стоял на штатных посадочных опорах, кем-то заваренных для прочности. Эти звездолёты строились в ту эпоху, когда Лид-да ещё не вышла на контакт с иными расами. Жалкий невооружённый исследовательский кораблик субсветовой эры. Он сел здесь сам?! Но этот корабль не смог бы пройти радиус от материнской планеты — десятки парсек!

— Кира, — позвал Детеринг, перещелкнув волну, — поднимайся и садись тут, внутри. Насколько я понимаю, периметр безопасен.

— Активность ноль-один, — подтвердила девушка. — Доля — это ты.

Йорг отошёл к самому борту древнего «лиддана». Катер плавно поднялся над стеной, чуть скользнул в сторону и опустился рядом с ним. Тихо зашипел атмосферный створ.

— Как тебе это? — спросил Детеринг, когда Кира выскочила на грунт.

— Я боюсь ошибиться, — вздохнула она, — но эта древность не могла оказаться здесь просто по законам физики.

— А я боюсь, что такой физике меня и не учили, — скривился Йорг. — Расходимся — я влево, оружие к бою. Если что — закрываешь только свой азимут, только на 90, моё — всё остальное, что бы ни случилось.

Глянув вслед Кире, Йорг благодарно вздохнул по милорду Монсальво. Сочетание десантного снаряжения и эсбэшной системы защиты, включая десантный шлем, сидело на девушке превосходно. Сам он был экипирован более чем странно: гражданский с виду бронекомбез — только узкий спец мог понять, что в него интергрированы сети кибердока, — ботфорты, кожаные штаны, обладающие рядом не совсем «гражданских» возможностей, обычный жилет, обычная кожаная куртка, обычный же пояс… у него даже имелась совершенно привычная для всех кожаная шляпа. Вот возможности шляпы значительно превосходили «привычные»… Шляпа пока ждала своего часа в катере, зато за левым плечом торчала сложная рукоять невыносимо длинного меча Корнелиуса Фрейра. Носить его было дико, вынуть из ножен — в два перехвата и только в перчатках, но вообразить что-то лучше в данной ситуации Йорг не мог. Идиотский клинок, изготовленный по сугубо сувенирным лекалам как боевой, давал шанс при встрече с росским мастером.

Всех остальных этим мечом можно было просто проткнуть, особенно в тесном пространстве боевого звездолёта: неведомые Йоргу мастера действительно создали глупость в сложном материале серьёзного оружия. Он был дорог, этот меч. Его делали для боя, исходя из пожеланий заказчика, который фехтовал когда-то в Академии, а позже — с друзьями-любителями. Лорд Корнелиус отдал за него немало — это Йорг понял сразу, едва начав упражнения с новым для него клинком. Меч делали под мастера. Меч делали для крови. Но под какую, будь оно всё проклято, школу?

Смятый и поросший мхом нос древнего звездолёта остался за спиной. Йорг остановился — фигурка Киры продолжала двигаться, осторожно поводя спаренными стволами привычного для неё десантного «Скимитара». Впереди темнела зелёным круглая яма метров двадцати в поперечнике, а за ней — криво выложенные камнями следы стоянок.

— Палатки, — хмыкнул Детеринг. — Имперские десантные палатки кто-то поднимал относительно грунта. А вон и кострища.

Внутри каменных кругов весело росла хиловатая и одичавшая, но всё же пшеница. Йорг поскрёб подбородок.

— Не вижу смысла идти дальше, — услышал он голос Киры. — Периметр виден, активности нет. Йорг, тебе не кажется, что тут никого не было лет пятьдесят?

— В проломе тропа. Тут бывают, причём довольно часто. Идём посмотрим корабль.

Детеринг остановился под носовым обтекателем, поднятым опорами на десять метров. Броневой конус звездолёта был не просто смят: задрав голову, Йорг разглядел в нём узкие сквозные пробоины с гладкими оплавленными краями.

— Они погибли, — сказал он. — Какая-то дрянь уничтожила безобидный исследовательский звездолёт «молодой» тогда расы. В лоб… за такие вещи обычно откручивают голову.

— Не айорс и не дэф, — поджала губы Кира. — Те к тому времени уже давно пали.

— Они и не стали бы этого делать… Кодекс слишком стар: это развлекались какие-то ублюдки издалека. Хотел бы я их догнать… лучше всего — на корварском «Огаре».

Кира улыбнулась. В войну о кораблях, построенных буйным гением главы клана Ир, князем Экром Огаром, ходили легенды, одна безумнее другой. Клан практически разорился, но несколько его чудовищных суперлинкоров решили исход многих тяжёлых для коалиции битв. Линкор типа «Огар» имел сто двадцать километров длины и, обладая невообразимой энергетикой, мог самостоятельно садиться на не слишком тяжёлые планеты — корабли этого типа принимали для срочного боевого ремонта даже некоторые имперские базы.

Старейшины цеха академиков-кораблестроителей Империи Человечества, в лучших своих традициях, отказывались воспринимать математическую модель корабля, даже видя его воочию. Князь Огар, очень старый — намного старше своих оппонентов, был приглашён на Инженерный Форум Академии Кораблестроения, где стосорокалетние трясущиеся математики засыпали его формулами, доказывающими невозможность создания того, что успешно летало и сражалось.

— Вы можете не верить в существование собственного геморроя, — фыркнул Огар. — Я строил свой корабль пятьдесят лет, на свои собственные деньги — и теперь он сокрушит любого в Галактике. А вы боитесь построить корабль в двадцать ваших километров, считая, что он не сможет опуститься на планету! Бойтесь и дальше! Броня и пушки сотрут в порошок любого — главное, чтобы это были толстая броня и большие пушки!..