— Командир, из меня пилот, как…

Мюир вырвал из рук Йорга свой излучатель и осторожно положил его на край стола.

— Я не думаю, что ты кого-нибудь пристрелишь, но мне странны такие игры с заряжённым оружием.

— Ладно, — потёр нос Детеринг, — я закажу мастерам копию реального земного аркебуза тебе в подарок. Ты умеешь пользоваться фитилём? Только не говори мне, что у вас ничего такого не было!

— Ты так богат? — зашевелился Тальберг.

— Я лично стою не больше своего жалованья.

— Я бы не сказал, — засмеялся Мюир. — Я взял три, чем горжусь. Конечно, ты опять напомнишь мне про другое оружие… понимаешь, оружие может быть важнее тела. Ты держал в руках оружие отца?

— Я держал в руках много чего, — вздохнул Детеринг. — Я не стану рассказывать тебе о своей родословной, сейчас это уже секретная информация. Но мне не придёт в голову воевать машинкой трёхсотлетней давности.

— Юный капитан, — очень серьёзно произнёс Костас, — примерно в те дни, когда на рукояти этого излучателя старый семейный мастер рода нашего Мю инкрустировал стихи его пращура, — Нельсон вёл свои линкоры к Трафальгару… Какие триста лет! А ты их даже перевести толком не можешь… А ну-ка, Мю, — командир протянул руку, — дай его сюда. Сейчас я ещё глотну и выдам тебе, пожалуй, сто двадцать третий вариант…

— Прошу. — Мюир моргнул левым глазом и послал оружие по столу. — Всё равно на интер это не переводится.

— Это он так считает.

Костас допил свой стакан и, вытащив из пистолета тускло блестящую обойму, поднёс к глазам рукоять с загадочным золотым узором.

— Ну-ка, попробуем так…

— Девяносто девятый мне нравился больше, — совершенно по-человечески вздохнул Мюир. — А больше всех мне нравится вариант Вьекки.

— Вьекки, — эхом повторил Костас и вдруг резко встал: — Диспут закончен. Отбой по борту! Всем спать, сукины дети!..

— Бодуэн крайне недоволен, — сообщил Драпендра, заходя в навигационый пост.

Йорг, развернувшись, поднялся из кресла — за его спиной светились многоцветными объёмными схемами два монитора, на которых он отрабатывал задачи из стандартного имперского наставления по общей тактике транспортных сил ВКС.

— Ты был у него?

— Мы, разумеется. — Драпендра вытащил из автомата стакан с кофе и подул на горячую пену. — Чего б я поехал один? Не важно… Бодуэн не принял сомнения Мюира и считает, что вчерашняя история — очередная попытка дискредитировать клан.

— Очередная? — приподнял бровь Детеринг.

— Да. Не первая, скажем так. Ты пока многого не понимаешь, это придёт со временем. В мирное время корварцы весьма щепетильны в вопросах моральности бизнеса. У них сложнейший кодекс взаимоотношений, и Линдаллу как «деловая территория» — классический тому индикатор. Если постреляют друг друга несколько отморозков — да плевать на них, никто ничего не скажет. Но в данном случае, если бы нас уложили — а нас уложили бы, потому что пацанчики работали с гарантией, это ж ясно, — те же Биу вполне могли поднять вопрос о моральной компетенции Ярдвар. Поэтому теперь нас везде будет сопровождать команда братца Лири, чтоб он был жив-здоров…

— Вы доложили Бодуэну подробности схватки? — нервно спросил Йорг.

— Не волнуйся, идиотов нет. Мы, «вроде как», успели вовремя понять, что к чему, плюс Мюир, а он стрелок известный.

— Джервис?

— Вчера ты, хм, ни о чём таком не спрашивал… ничего эта старая рухлядь не видела. Пока ты там в себя приходил, мы его из воды вытаскивали. Что он мог видеть? Он с первых же выстрелов свалился за борт и висел там, как глиста в потёмках. А трупы уже вынесло в подземное море — есть тут такое, — так что никто ничего не найдёт. Плохо, что мы их не обыскали…

— Это моя вина… я не подумал.

— Мы не подумали, мы. Ладно, не грызи себя, это без толку. Я хотел поговорить с тобой кое о чём.

Драпендра уселся в кресло второго навигатора, поставил стакан на пульт и вздохнул.

— Ты должен понимать, — начал он после мучительной для Йорга паузы, — что вчера ты полностью изменил наше отношение к себе. До этого момента ты был для Костаса именным билетом в Диснейленд. Нам платят за то, чтобы мы пасли тебя, как ягнёночка, на сочной травке и оберегали от волков. А вот теперь, сын мой, я не могу придумать, что с тобой делать. Мы — игроки, ты — офицер СБ, да к тому же головешка твоя забита всякими вещами, дико далёкими от нашей реальности. Воспринимать тебя пассажиром класса «люкс» мы больше не можем. Но, понимаешь, Костас мне сегодня сказал прямо: «Я не знаю, что он отчудит в следующий раз». Коротко и ясно, правда?

— Я постараюсь не чудить, — вздохнул Детеринг. — Серьёзно.

— Да ты дослушай меня… я не могу спрашивать тебя о твоих задачах — намекну только, что я уже понял, — тут всё сложнее, чем мы договаривались с твоим начальством, и на тебе висит нечто этакое, более заострённое. Но я должен предупредить тебя, что ты можешь оказаться в ситуации, когда от тебя потребуются действия, абсолютно несовместимые с твоими понятиями о чести, долге и так далее. Ты понимаешь, о чём я?

— Магеллан, у нас редко бывает «как всегда». Обычно наоборот, а иногда — «бывает хуже». Так что не задавай мне дурацких вопросов, ладно?