Йоргу не хотелось резать жалкого котёнка.

Он знал, что так бывает — училище — нет у них там наших гигантских Академий, у них туча плохих, слабеньких училищ ВКС — драка, честь хорошей семьи, меч за пазухой — бегство. Пяти-шести курсов училища по уши хватает, чтобы «свободные» взяли мальчишку к себе.

— Я не твой дракон, малыш! — выкрикнул он, отступая на полметра назад. — Прошу тебя, назови имя!

В ответ юноша бросился на него с невероятным ожесточением. Йорг принимал его удары на свой клинок плашмя, оттесняя молодого росса к дереву, но тот в конце концов всё же поднырнул под его ничем не защищённый торс, и Детерингу не оставалось иного, как потянуть правую руку на себя — рыжее левое ухо росса упало в корни дерева. Йорг поднял ладонь, чтобы ударить юношу по макушке и забрать с собой на борт… но время боя для капитана Детеринга щёлкнуло и кончилось. Зашатавшись, росс схватился ладонью за кровоточащую голову и пошёл куда-то в сторону — не выпуская, впрочем, меча.

Йорг даже не понял, откуда донёсся этот щелчок.

Мюир перезарядился.

Йорг подкинул на ладони тяжёлую свинцово-серую конструкцию, снова оттянул тугой затвор, снова с огромным усилием впихнул в прямоугольное отверстие длинную латунную обойму, отпустил затвор до щелчка и поглядел на тускло вспыхнувшее окошечко индикатора.

На рукояти, отформованной под лидданские пальцы, шла по седой коже сложная золотая вязь малопонятного для Йорга стихотворения.

— Я пять минут пытаюсь это перевести, но не могу, — вздохнул он, возвращая оружие владельцу. — Прости.

— Это ты прости меня. — Мюир облизнул узкие серые губы. — Клянусь тебе, я перезаряжаюсь за три с половиной секунды.

— Ты — за две, — вздохнул Костас. — Для тебя время размазывается. Мы не принимаем твои обвинения.

— Я не обвинял вас, — горько промычал Детеринг. — Я всего лишь сказал, что Мю убил котёнка.

— Это для тебя он «котёнок», — хмыкнул Тальберг, — а нас, если бы не ты, он положил бы до последнего. К тому же прости, но ты сам честно сказал, что выгнал его под выстрел.

— Повторяю, я ни в чём не обвиняю вас! Более того, я готов поклониться нашему Мю — клянусь тебе, Мю, я не ожидал от тебя столь качественной стрельбы, уж поверь профессионалу. Я всего лишь сказал, что Мю мог бы перезаряжаться быстрее. Чёрт! Мю мог бы носить при себе более современное оружие, чем эта… этот мушкет!

— Ты прекрасно понимаешь, что это невозможно.

— Но его грохнут. Сейчас — да, понятно, что это не его дело, а — твоё, Костас, точнее, прости, наше. Но ведь его же грохнут! Именно в тот момент, — Йорг схватил со стола старинный излучатель Мюира и отрепетированным уже движением потянул на себя затвор, а потом, ломая пальцы, стал вытаскивать истёртую жёлтую обойму, — когда он будет перезаряжаться.

— Мальчик, — Костас лёг грудью на стол и с шумом втянул носом холодный воздух своего салона, — я был бы рад думать, что ты и дальше останешься таким же честным и столь же… э-ээ, не знаю даже как сказать, чтоб ты меня не зарубил…

— Сумасшедшим, — тихо произнесла Кира, сидящая в кресле под прекрасным сельским пейзажем.

— Вот именно, — с яростью поддержал её Тальберг. — Ты спас нам жизнь — да, Айна в холодильнике, а Джервис в лазарете… но — ты бросился на Мю с кулаками, обвиняя его в смерти чёртова росса! Ты не понимаешь, о чём мы? Твой хренов кот уложил бы нас всех — даже если бы он остался последним! Ты не спросил себя — какого ты его не застрелил сразу же, в прыжке? Хотел узнать, что да как? Верю… но пойми же, что мы там были обречены — даже с Мю с Кирой!

— Перестань, — скрипнул Мюир. — Весь бой с момента появления на сцене Йорга занял порядка сорока секунд. У меня, в отличие от некоторых, время не размазывается. Было пятнадцать с фронта и три с тыла. Йорг снял троих плюс восемь. Кира с ходу одного. Потом ещё троих — с двух рук, кстати. Вопросы ещё есть? Ах да, вы с Талем ранили кого-то.

— Пятнадцать? — поразился Детеринг.

— Кира быстро вынимает, — улыбнулся Костас. — Лучше любого мужика.

— В итоге, — перебил его Мюир, — было восемнадцать черепов. Все они в канале. За Йоргом одиннадцать? Три плюс восемь — это одиннадцать?

— Спроси у Драпендры! — фыркнул Тальберг.

Мюир повертел ладонью в жесте согласия и налил Детерингу стакан рому.

— Мне одно непонятно, — повернулся он к нему, — то, что ты реально готов был резаться за меня в сортире, — понять могу. Но! Почему ты не взял себе хоть одну голову на память?

— Я начну коллекцию с майора, — устало вздохнул Детеринг. — Пока я кэп.

— Что один, что другой, — промычал Тальберг, гоняя по столу свой стакан. — Идиоты, чтоб вы были здоровы.

— Позвольте всё же сказать и мне, — поднял голову Йорг и снова без спросу взял со стола заряженный излучатель Мюира — ему нужно было крутить что-нибудь в руках. — Я прошу вас послушать меня — после всех взаимных обвинений, после стакана за Айну, которую я и не знал толком… ребята, вы сейчас — мой экипаж. Вы — это я… я пойду туда, куда мне укажет Костас, и буду сражаться всем доступным мне оружием, для того чтобы сохранить ваши жизни. Мне стыдно перед Айной, её смерть — это моя плохая учёба, но уже ничего не изменить. Единственное, о чём я прошу вас молчать… мой долг, моя судьба — это моё и только моё. Вы можете считать меня щенком, и вы во многом будете правы. Я учусь, но клянусь вам, я буду учиться ещё быстрее. Я мог бы не допустить сегодняшней драки — но я этого не сделал. Айны больше нет…

— Ну, я подозреваю, что ты дрался как никогда в жизни, — улыбнулся Костакис. — Нет? А что касается Айны — так мы все тут ходячие покойники. Плюс-минус… Не кляни себя. Ты офицер, когда-нибудь ты станешь генералом. Ты будешь казнить себя за каждого рядового, павшего в спланированной тобой операции?

— Война — это математика! — перебил его Йорг.

— Я бывший подполковник, — весело посмотрел на него Костас. — А, не похож? Ну ты же должен знать. Не так ли?

Йорг кивнул.

— Ну тогда ты должен понимать и то, что сегодняшний бой ты провёл великолепно, именно с точки зрения математики. Я, флотский офицер, был просто шокирован твоими перемещениями. Если говорить по старинке — как на первом курсе, с циркулем в руках, — ты маневрировал за гранью фола, это уже шок. Но каждый твой шокирующий маневр достигал своей цели. Мне было бы интересно видеть тебя в ходовой рубке в бою.