— Орбитальный манёвр, — защёлкал в ушах голос Драпендры.

Йорг немедленно переключился в локацию. Шутить вокруг Линдаллу не следовало: вслед за ними диспетчеры подняли очень старый лидданский грузовик, плюс с трёх направлений сразу к планете неторопливо приближались новые гости. Пальцы Йорга отработали вводную, Драпендра почти молниеносно рассчитал допуски, исходя из ситуации, и Костас повёл «Шерпу» к орбите седьмой планеты системы, где и должен был формироваться конвой. Гукмасов ушёл на пятнадцать минут раньше их, сейчас его громадная «Ламмаэрви» висела яркой оранжевой каплей в центре трёхмерного монитора боевого ориентирования: не мороча себе голову, Костакис пристроился точно в хвост ведущему.

— Молодчина. — Драпендра вылез из кресла, помотал в воздухе опустевшей кружкой и шагнул к своему старому приятелю — кофейному автомату. — Часа через три, наверное, я уже отпущу тебя.

— Но на разгоне придётся поработать? — поднял голову Йорг.

— Н-да…

Они прокатывали невероятно сложный маршут почти двенадцать часов, раз за разом: разгон-торможение, поворот за поворотом, витиеватые обходы гравитационных полей с последующим «отталкиванием» от них. Отважиться на риск преследования мог либо сумасшедший, либо гений, наизусть выучивший все возможные опасности трассы, ибо любая, даже незначительная ошибка при входе в поворот означала гибель. Гука знал, что делал. У преследователей остались всего лишь два «окна атаки», причём одно из них было, по сути, западнёй, способной сожрать целый флот. Бой в непосредственной близости от планетной системы с мощным полем тяготения чрезвычайно опасен, это знали ещё в древности. Горе тому флотоводцу, который позволит втянуть себя в такое сражение! Один лишь неверный манёвр, потеря скорости — и либо мгновенная смерть экипажей от неспособности гравикомпенсаторов принять колоссальную пиковую нагрузку в экстренном угловом разгоне, либо противник легко расстреливает медленные, неповоротливые цели; третьего не дано.

— Те, кто выходил в пространство на субсветовиках, не имея толком понятия о природе гравитации, — говорил Йоргу Драпендра, поясняя очередной поворот, — платили страшную цену. Маломощные кораблики гибли, как мухи в паутине. А голоса умирающих добирались до дома десятилетиями. С другой стороны, они знали, на что идут. Это ведь тоже история, не так ли? Которой мы похвастаться не можем.

— Да, нам повезло, — соглашался Йорг.

— Как знать! Прыжок — не всегда хорошо. Хотя я слышал, у корварцев на примете есть одна «молодая» раса, которая лет через сто слепит свой первый субсветовик. Ребята из клана Ньеф поклялись, что на второй они посмотрят, а третьего, скорее всего, не допустят. А с Ньеф не спорят…

Детеринг не поверил собственным ушам.

— Корварцы… будут кого-то тормозить? С их-то принципами?!

— Нет, конечно! — хохотнул Драпендра. — Ньеф продадут им сверхсвет. Раса, самостоятельно достигшая любой окрестной звезды пилотируемой машиной, уже не считается «молодой», и с ней можно торговать, не так ли?

Да-да, покивал Детеринг, а для нас сделали исключение, потому что деваться было некуда. И ещё в Кодексе, который был составлен чёрт знает когда чёрт знает кем, но все тем не менее его блюдут, — есть оговорочка: тем, кто требует помощи, и это требование может быть услышано, надлежит помогать всеми доступными силами.

Опытный конвойник Дуо-Виррен снял свои крейсера с орбиты седьмой планеты системы Линдаллу за пару минут до того, как Гукмасов начал сбрасывать скорость. Корабли Джервиса, которому предстояло замкнуть ордер, пока оставались невидимы, очевидно, старик не спешил выходить на солнечную сторону.

Из всех четырёх машин Виррена Йорг смог опознать только одну: старенький, не менее ста лет от роду «Бьенк», производства мощного промышленного клана Маллент. Остальные, явно однотипные среднеразмерные боевые корабли, выглядели намного свежее и в поле зрения имперской разведки до сих пор не попадали. Все они несли на броне «сломанную стрелу» клана Дуо, заключённую, однако, в белый пятиугольник, означающий, что хозяин кораблей работает от своего имени.

Изящество маневра, произведённого — кстати! — при его непосредственном участии, заставило Детеринга покраснеть от восторга. Ему не раз приходилось слышать, с какими трудностями сталкиваются имперские конвойники, собирая в кучу своё «стадо», — тот отстал, этот не может найти своё место в ордере, график выхода срывается, выпускающие диспетчеры ВКС привычно машут на всё рукой и откупоривают вино, потому что дела не будет минимум часа три. А бывает, что — и трава не расти!

Чего-то похожего он и ждал. Но…

Но едва Гукмасов вытормозился до трети крейсерской скорости, как «Бьенк», разом врубив все волновые маяки, нацелился носом во тьму пространства и дал полную нагрузку, а следом за ним, аккуратнейшим строем уступа, пошли его собратья. «Ламмаэрви» легла в изящную дугу, поплыл в широкой улыбке Драпендра, хмыкнул Костас. «Шерпа» ровно встала следом за своей старшей сестрой, и тут только, замыкая арьергард, вынырнули из-за жёлтого гигантского диска истребители Джервиса.

Это был высший пилотаж. Детеринг и представить себе не мог, что когда-либо увидит такое, более того, он сомневался, что на подобную слаженность способны экипажи транспортных кораблей имперских ВКС.

— Да, Виррен настоящий мастер, — кивнул Драпендра, глянув на изумлённого Йорга. — Молодец, что вводные вовремя подал. Ты удивился? Так учись, пока есть у кого!

— Изначально Гука упростил задачу спецом для нас? — спросил Йорг.

— Нет, конечно, — помотал головой штурман. — Всё проще, сын мой. Такие, как Виррен — а их мало, кстати, — всегда хорошо знают, с кем работают, и любят показать свой гонор тем, кто способен его оценить. А Гука — да, он способен. Он сам такой. Ты не знал?