Не все члены Семьи чувствовали себя обязанными хранить молчание во время выступления короля.

— Взгляни-ка на Кайерта, — прошептала баронесса Алора мужу, — у него потрясающее самообладание, но он все равно краснеет. Бедный мальчик, его смущает такое внимание!

Барона это, однако, не позабавило.

— Я бы не стал принимать ярость за смущение. Ты слышала, что Ясветр сказал? Он расписал всадников как гонцов и смотрителей за лесами! Я не удивлен, что Кайерт вне себя. Я тоже, будь я главой всадников ветра, на его месте разозлился бы.

С бароном полностью согласился почетный генерал Гиброн.

— Зачем Ясветр так настойчиво подчеркивает эти достоинства всадников, умаляя при этом их стратегическое, военное предназначение?

Король Эфрайон, стоящий прямо перед ними, обернулся и пояснил:

— Мы больше века не сражались. Всадники ветра больше не воины. Мы должны этому радоваться, Гиброн. А Ясветр всего лишь хочет напомнить всем о том, что роль всадников в жизни страны в мирное время по-прежнему огромна.

Барон и генерал Гиброн кивнули, но не похоже было, что они согласились. Леди Эссель, которая внимательно прислушивалась к словам брата, повернулась к дочери.

— Ты с Ясветром, конечно, нередко споришь, но, согласись, он хорошо говорит о Кайерте.

— Он всего лишь втирается в наш круг, как будто умение говорить льстивые речи сделает из рудокопа короля! — прошептала Эвирайя на ухо матери.

— Втирается в наш круг? Ты последнее время все повторяешь за Мезором! — нахмурилась леди Эссель. Принцесса ее уже не слушала, она снова сосредоточилась на том, что происходило на возвышении.

— Награждая принца Кайерта и высоко оценивая его заслуги, — продолжал тем временем Ясветр, — мы отдаем дань уважения постоянным усилиям отважных всадников ветра по поддержанию мира и спокойствия в Симбалии.

Керия, стоящая в первом ряду зрителей, посмотрела по сторонам. Казалось бы, не было никаких причин вглядываться в темную глубину листвы, окружающую платформу, никаких, кроме смутного чувства тревоги, исходящего, как ей казалось, от деревьев. Она помедлила, раздумывая, стоит ли рассказать о своих опасениях, а через минуту было уже поздно. Голос, чуть дрогнувший, но сильный и звонкий, выкрикнул:

— Нет мира и спокойствия в Симбалии!

Все взгляды тотчас устремились к дереву слева от сцены. Человек в коричнево-зеленой одежде сидел на высоком суку, нависающем над возвышением платформы. До того как кто-либо успел пошевельнуться, он швырнул в сторону Ясветра нечто похожее на два серых шара. Король и принц Кайерт инстинктивно отпрыгнули в сторону, когда первый шар, оказавшийся камнем, ударился о лакированную поверхность платформы и покатился, оставляя глубокую царапину. Толпа ахнула. К камню был привязан бечевкой кожаный мешок.

Еще до того, как камень ударился о платформу, несколько стрел, выпущенных стражей, полетели в сторону дерева. Виллен, однако, успел укрыться за стволом.

И одновременно поняв, что предчувствие ее не подвело, Керия метнулась вверх по ступеням, чтобы заслонить любимого от катящегося по деревянной поверхности камня. Если б она только подумала, если б она подождала секунду и успела увидеть, что нечто, привязанное к камню, не было оружием, она бы осталась на месте. Но она не стала ждать.

Она сразу сама поняла, что натворила, чтобы осознать это, ей не нужно было слышать общий вздох изумленного народа и начавшуюся тотчас же волну шепота. Теперь то, что раньше было только слухом, — то, что она не только советник королю, подтвердилось. Ни Эфрайон, ни генерал не бросились на защиту короля с такой готовностью, даже стража только сейчас начала стрелять. Ясветр посмотрел ей в глаза, и она увидела в них понимание, а он прочел в ее взгляде сожаление и беспокойство.

Гиброн повернулся с ухмылкой к барону Толчину:

— Я же говорил! Они любовники!

Толчин смотрел на драму, разворачивающуюся у всех на глазах на возвышении.

— Да, — пробормотал он, — ты был прав, хотя жаль это признавать.

Пальцы Эвирайи сомкнулись на плече Мезора, и он почувствовал, как ее длинные ногти впиваются в тело через плотную ткань туники.

— Мезор… — прошептала она.

— Я вижу, миледи, — спокойно ответил он, — это наш… ваш шанс.

Стражники положили новые стрелы на тетивы луков, но король жестом остановил их.