— Слушай, Дим. А с какого примерно расстояния стреляли? — вдруг спросил Сергей.

— Метров с пятнадцати, наверное. А что?

— Странно как-то.

— Что странно? — не понял Дима.

— Вот ты хорошо стреляешь? Как сам считаешь?

— Что, ты не знаешь, вместе в «подвал» [Тир.] на стрельбы ходили. Попадал иногда и в молоко, — неуверенно оценил свои результаты Дима.

— В тире дистанция двадцать пять метров. Так?

— Так. Ну?

— Стреляешь ты так себе.

— В снайперы, конечно, не гожусь, но стреляю же хоть на тройку-то.

— Но из трех попыток хоть один раз попадаёшь в мишень?

— Конечно. Что же я — хуже всех, что ли, — обиделся Дима.

— Да ты не обижайся, я ведь не для того это все тебе говорю, чтобы обидеть, лучше попробуй проникнуться моей мыслью. Видишь, что получается: с трёх попыток с двадцати пяти метров хоть раз, но в мишень попадешь. А что мы имеем в твоём случае с киллером: с пятнадцати метров и пяти попыток не попали ни разу… Что ты думаешь по этому поводу?

— Повезло просто. Что ещё тут можно думать?

— Повезло-то повезло, но сам посуди — это довольно странно. С такого расстояния и дурак должен был попасть, но ведь посылали-то на такое дело, наверное, не дурака? Понимаешь?

— Ну, короче, «склифосовский». Что ты хочешь сказать? Что я вру, что ли, в метрах? Или что вместо киллера меня поручили какому-то лоху так — для тренировки? Или все эти дырки в машине я сам просверлил?

— Я думаю, что тебя не хотели убивать.

— Как это?! — удивился Дима. — Подняли стрельбу у дома просто так? Для понта, что ли?

— Если это спектакль, то его разыграли не просто так. Вот и нужно понять, кто режиссер и зачем все это нужно, — философски раскладывал свой «пасьянс» Сергей.

— Попугать? — попытался угадать правильный ответ Дима.

— Нет, это не вяжется с сегодняшней обстановкой. Сам посуди, чего тебя Андрею теперь пугать, когда вопрос уже решён на «верхнем уровне» и тема закрыта. Обжаловать уже поздно, да и не будет никто из-за такого пустяка стволами махать. Пугай — не пугай, ты же деньги Андрею все равно не вернешь.

— Нет, конечно. Где я их возьму? Если бы они у меня были… — мечтательно протянул Дима.

— Тогда остается — месть. Он же не может нам простить пропажи такой суммы и считает нас главными виновниками всего, что с ним произошло.

— Я бы на его месте не стал мстить так скоро. Сразу будет ясен инициатор.

— Получается, что ему нет интереса пугать тебя «после драки». Это надо было раньше делать. Да и слишком опасно для него затевать такие игры. Ведь случись, что с тобой или вызови ты милицию — на кого первого пало бы подозрение, к кому первому они бы поехали?

— Конечно, к нему. Только он и мог киллера подослать. Больше это никому не нужно.

— Все указывает на него. Магнитофонные записи тоже не на пользу ему пошли бы. Тут как-то тесть его снова мне звонил, так я ему прямо сказал про эти записи. Значит, и Андрей знает про их существование. Ты бы полез в такой ситуации?

— Что я — дурак?

— Вот и я говорю. Тридцать суток ему обеспечено автоматом, а там ещё посмотрели бы. Нужно это ему, как думаешь?

— Значит, это не он стрелки посылал?

— Значит, нет.

— Но кто?

— Вот в этом вопрос. И, самое главное, — для чего?

— Может, меня случайно перепутали с кем-то?

— А того, другого, тоже лох должен был убрать, который стрелять не умеет, но идёт на дело?

— Не думаю.

— Зато я думаю, что опасность тебе больше не грозит и ты спокойно можешь вернуться домой. Ты теперь фигура, не представляющая ни для кого криминального интереса.

— Почему ты так решил?

— Так карта ложится, — засмеялся Сергей. — Ладно, спокойной ночи. Уже спать охота. Буду нужен — звони.

— Пока.

«Так кто же мог стрелять в Диму и специально не попасть? Кому понадобилось его пугать? Для чего?» — ворочался в постели Сергей.

Эти вопросы не давали ему покоя до той поры, пока он не заснул.

В половине десятого, как было условлено, Сергей уже сидел в своей машине около офиса охранного агентства. Опоздав на десять минут, подошел вечно суетливый Вячеслав Карлович.

— Здорово, Серж! Ну, как ты? Всё нормально?