Шрифт:
Если Джо решил, что его простили и забыли о четырех потраченных на парикмахера долларах, то он ни черта не смыслил в женщинах, несмотря на все свое сердцеедство. Ибо ничто в голосе и словах Нэлли его не насторожило, когда она, помедлив секунду, произнесла:
— Удивительное совпадение! — Джо и Джерри подались вперед, напряженно ожидая продолжения. И оно последовало. — Ему как раз нужны контрабас… — Нэлли опять помедлила, — и саксофон. — Чувства, переполнявшие джентльменов, вырвались наружу, и комната огласилась их радостными воплями. — Ведь верно? — Нэлли повернулась и подмигнула сидевшей неподалеку девушке.
— Верно! — подмигнув, ответила та. Как это восхитительно, право, когда девушки горой стоят друг за друга в их извечной войне с этими ненадежными джентльменами! Девице все утро пришлось слушать жалобы Нэлли и ее гневные филиппики в адрес Джо, и теперь душа ее тоже горела жаждой мщения и справедливости.
— Здесь или в отъезд? — быстро спросил Джо.
— Пять недель во Флориде, — небрежно бросила Нэлли. Сраженные таким известием джентльмены легли у ее ног.
— Флорида?! — не веря своим ушам, переспросил Джерри. «Можно наплевать на пальто!»
— Флорида, Майами, — перечисляла Нэлли, — отель «Ритц», оплаченный проезд в оба конца…
На какое-то мгновение Нэлли была забыта.
— Изумительно! Потрясающе! — восторженно восклицал Джерри. — Бежим к Полякову!
На таких условиях Джо готов был бежать куда угодно.
— Стойте! — остановила их Нэлли, вспомнив о своих секретарских обязанностях. — Куда вы? У него сейчас полно народу. Немножко терпения, мальчики. — Нэлли ехидно улыбнулась.
— Ладно, подождем, — вздохнул вдруг ставший благоразумным Джо.
Бессилие всесильного Полякова
Это закон жизни — с большими трудностями получать то, что тебе в данный момент позарез нужно. В стране тысячи безработных музыкантов, готовых на любую работу, но найти саксофонистку и контрабасистку для отправляющегося в пятинедельную поездку во Флориду женского джаз-оркестра под руководством Красотки Сью, оказалось задачей, непосильной даже для Сиба Полякова.
А ведь Сиб Поляков мог все. Он выручал владельцев оркестров в самые тяжелые и безвыходные моменты, подбрасывая нужных исполнителей и давая толковые советы. Он знал всех музыкантов наперечет и был прекрасно осведомлен обо всех перипетиях их зачастую бурной личной жизни. Он знал, где и кто болтается сейчас без работы, а к кому в данный момент и на козе не подъедешь, как любил говорить сам Поляков.
Выходец из России, он говорил со смешным славянским акцентом, но самого Полякова это нисколько не смущало. Он был предупредительным и любезным с клиентами и отечески-грубоват с актерами и музыкантами. Но никогда никому не отказывал в работе, если у него хоть что-то было на примете. Собственно и в джаз-оркестр похоронного бюро мистера Модзарелло друзей устроил все тот же Поляков.
И вот сейчас этот всемогущий «сводник», похоже, готов был впервые расписаться в собственной беспомощности. Неистово дымя сигарой, он из другой руки не выпускал телефонной трубки, звоня почти без остановки. Красотка Сью загнала его в угол…
— Послушай, Глэдис! — орал в трубку Поляков. — Пять недель во Флориде! Что?! Тебя приглашает Красотка Сью, понимаешь? Ей нужны контрабас и саксофон! Как кто говорит? — вдруг опешил Поляков, изумленно уставившись на трубку телефона. — Поляков говорит! Предлагает работу! Глэдис! Ты слышишь?! Глэдис! — В трубке послышались гудки, и Поляков сердито бросил ее на рычаг.
— Ну? — нетерпеливо спросила Красотка, блондинистая накрашенная дама очень средних лет со следами, как говорится, былой красоты на расстроенном лице, нервно расхаживавшая по кабинету Полякова.
— Вот невезение! — в сердцах воскликнул Поляков. — Эта пустоголовая Глэдис пять суток подряд играла на марафонских состязаниях в танцах и теперь бьется в истерике…
— А может быть, Кора Джексон? — с надеждой спросила Красотка, готовая ухватиться за любую соломинку.
Поляков отрицательно замотал головой.
— Говорят, она перекинулась в Армию Спасения. Позвоню-ка я Бесси. — И Поляков вновь потянулся к телефону. — Дайте, пожалуйста, двадцать два пятнадцать…
Красотка Сью всплеснула руками.
— Ах эти дуры, будь они неладны! Вещи сложены, все готово, остается сесть в поезд — и на тебе, пожалуйста! Саксофонистка забеременела не ко времени, а эта… с проповедником сбежала! — Красотка резко остановилась и гневно уставилась на Полякова, словно это он готов был стать счастливым отцом ребенка саксофонистки и он же подсунул проповедника контрабасистке — только чтобы досадить Красотке Сью!
Но Поляков славился умением «держать удар» и оставил гнев Красотки без внимания. И тогда этот гнев направился по привычному руслу.