— Давайте его распакуем! — в азарте вскричала она. Я отобрала у нее сверток, ощущая угрызения совести.

— Может быть, лучше сначала спросить разрешения?

— А если она запретит вам рыться в своем сундуке? — торжествующе возразила Дони. — Тогда вы лишитесь этой возможности. Не надо ждать — смелей.

Ее сморщенное обезьянье личико выражала такое жадное нетерпение, что мне стало противно.

— Я думаю, лучше все-таки просмотреть эти вещи вместе с Лорой, — предложила я. — Когда мы будем перебирать их, она сможет многое рассказать мне. Нет смысла самой конаться в ее вещах.

Я принялась, было водворять на место ярко-красный сверток, но Дони остановила меня:

— Там что-то есть внутри. Разве вы ни чувствуете, какой он тяжелый? Разверните его и посмотрим,

Я начала разворачивать сверток и вдруг поняла, что держу в руках: та самое платье, в котором Лора Уорт играла Хелен Брэдли в "Шепчущем мраке". Какой-то тяжелый предмет, завернутый в него, упал на ковер, но я не обратила на это никакого внимания, так как была всецело занята платьем. Я встряхнула его и бережно расправила складки. Когда-то это платье фигурировало в фильме, снятом по книге моего отца.

Его яркий карминный цвет, как описал его отец, навсегда врезался в память. Платье было оторочено серым, каракулем, а корсаж и юбку украшала вышивка из черного шелка. И хотя на известной не цветной фотографии платье выглядело черным, фотограф сумел передать блеск шелковой вышивки и светлый оттенок меха. На столь памятном Мне снимке узкий лиф превосходно облегал фигуру Лоры, и она никогда не выглядела более женственной и трогательной, чем в этом наряде.

Досок моей туфли уперся в предмет, выпавший из платья, и я, нагнувшись, подняла высокий подсвечник. Его медь давно потускнела и окислилась, тускло отсвечивая зеленью, но когда-то это, несомненно, была прекрасная вещица. Китайский дракон, обвиваясь вокруг основания, тянул свою страшную голову с ощеренными зубами к свечедержателю. Можно было себе представить, как мерцали и переливались отполированные чешуйки дракона при свете свечи.

Дони пронзительно вскрикнула:

— Да это же подсвечник! Тот самый! Подсвечник с драконом!

Я не знала, отчего она пришла в такое возбуждение, но вещь действительно была красивая. Опустив платье Лоры на открытую крышку сундука, я поднесла подсвечник к дверям, выходящим в сад, чтобы лучше рассмотреть его.

Лора увидела меня, когда вошла через другую дверь, из холла. Заметив подсвечник в моих руках, она, как и Дони, вскрикнула, но только то был горестный вопль, исполненный боли и страдания. Я могла только в растерянности взирать на нее, когда она быстрыми шагами пересекла разделявшее нас пространство и выхватила у меня подсвечник. Дони, укрывшись в самом дальнем углу, наблюдала за происходящим с садистским любопытством.

Не сказав ни слова, Лора отнесла подсвечник к сундуку и бросила его в откинутую крышку. Тут в поле ее зрения очутилось карминного цвета платье, и она схватила его, не веря своим глазам. Темно-красный цвет бархата, который был на ней, и кармин платья Хелен Брэдли сливались, смешиваясь воедино как поток крови. Она поднесла карминное платье к груди, бледная, с глазами, темневшими на лице, как черные провалы.

— Я совсем было запамятовала, что сохранила это, — пробормотала она, опершись рукой об открытую крышку сундука, чтобы не упасть.

— Мне хотелось бы снова увидеть тебя в этом костюме, — мягко сказала я. — Ты совсем не изменилась, ничуть не располнела и будешь в нем прекрасно выглядеть.

Дони нервно хихикнула и испуганно поперхнулась, когда я взглянула на нее.

С усилием Лора, наконец, взяла себя в руки. Туго свернув платье, она сунула его в сундук. Затем со стуком захлопнула крышку.

— Где ключи? — потребовала она.

Связка ключей упала на пол, и я подняла ее для Лоры. Она взяла ключи, нашла тот, который нужен. Заперев сундук, она сомкнула пальцы вокруг кольца и впервые с тех пор, как вошла в комнату, посмотрела мне прямо в лицо.

— Я забыла кое-что, поэтому и спустилась вниз. — Говорила она медленно и отчетливо. — Забыла тебя предупредить, что в этой комнате есть вещи, которых ты не должна трогать. Сундук тоже к ним относится. Надеюсь, вы поняли меня, мисс Холлинз?

Вся ее властность, огромный актерский опыт воплотились в ее осанке, тоне и жесте — в том, как она распорядилась мною. Обращение на вы, упоминание моей фамилии звучали как упрек, как обвинение. Отступив от сундука, Лора повернулась к двери и без всяких предупреждений рухнула на пол в глубоком обмороке. Ключи со звоном выпали из ее руки. Из угла внезапно вынырнула Дони и, подбежав к ключам, подняла их. Очнувшись от столбняка, я бросилась к двери и позвала на помощь.

Майлз, а за ним следом Ирена сбежали вниз по лестнице. Опустившись на колени возле Лоры. Майлз поднял ее на руки и перенес на кушетку. Ирена быстро подошла к туалетному столику и, взяв с него какой-то пузырек, подала его Майлзу. Это был закрытый зеленой стеклянной пробкой старомодный флакон с нюхательной солью.

Отвернув пробку, Майлз поднес флакон к носу Лоры, и та, вдохнув запах нашатыря, судорожно вздохнула. Дыхание ее было тяжелым, неровным. Темные ресницы, затрепетав, приподнялись, и Лора, еще полностью не придя в себя, оглядела комнату.