– Как думаешь, Димитрий на Братство работал? – убедившись, что никто не может услышать наш разговор, спросил пиромант.

– Тут вариантов два. – Я решил держать язык за зубами и своими размышлениями не делиться. – Либо он специально к нам внедрился, либо его действительно вышибли из Братства. В первом случае с его хозяином все ясно. Во втором нанимателем может оказаться кто угодно. Хоть Лига.

– Да ты гонишь!

– А чего такого? Если уж они своим разрешили замуж выходить и из мужиков отряд формируют, то и брата наймут не задумываясь.

– Не, я все же думаю, что это Братство.

– Какой им резон наркотой торговать? – Мысль, что именно Братство наводнило Форт мозговертами, не укладывалась у меня в голове. Бред.

– Если разобраться, им на переезд в Туманный столько бабла надо, а мозговерты – это ж золотое дно!

– Ерунда.

Неожиданно мне показалось, что небо над небольшим хвойным лесом впереди как-то слишком уж быстро светлеет. Приглядевшись, я понял, что облака никуда не делись, просто с земли их что-то подсвечивает.

– Прикольно, что за иллюминация? – указала колдуну на оптическую аномалию Вера. Тот непонимающе посмотрел на нее, потом на небо, но так ничего и не ответил. Девушка обернулась ко мне: – Лед?

– Не знаю. – Я на всякий случай снял винтовку с предохранителя. – И не уверен, что хочу знать. Может, обойдем?

– Это Столб, – спокойно так пояснил Григорий, будто все сразу должны были понять, что это за чудо такое. – Просто воздух светится. Ночью километров за десять видно. Сергей Михайлович, вы разве ничего об этом не слышали?

– Нет, – тихо выдохнул колдун. Совсем раскис старый. Как говорится: ушел в себя, вернусь не скоро.

– В общем, светится воздух и светится. – Григорий остановился на развилке. Одна дорога уходила на юг, вторая шла через лес и вела прямо к Столбу. – Пройдем лес, потом еще километров семь по полю, и почти пришли.

– Может, привал устроим? – предложил Первый. Краснота вокруг татуировки у него спала, но шея оставалась слегка припухшей.

– Позже, – посмотрел на часы Конопатый. – Сергей Михайлович, вы нам ваш чудный чай заварить не забыли?

Колдун молча достал из сумки термос и протянул Григорию. Тот свинтил крышку, сделал глоток и передал мне. Я тоже отпил, но совсем чуть-чуть – остывший чай был еще гаже на вкус, чем горячий. Отдал термос Напалму. Пусть давится.

– Внимательней в лесу, – предупредил я всех. – Оружие проверьте.

– Разве это лес? – фыркнул Хан. – Ты еще три сосны рощей обзови.

– Надо будет – обзову, – внимательно осматривая вплотную подходившие к дороге кусты, огрызнулся я.

На лес эти посадки и впрямь не тянут. Вон уже и просвет с той стороны виден. Метров сто пройти, и мы снова в поле. Только вот всяким нехорошим тварям, чтобы от солнца схорониться, и одного дерева хватает. Из-за чего-чего, а из-за собственной глупости и непредусмотрительности умирать не собираюсь. И другим не дам – нам еще работу вместе работать – я уже смирился с мыслью, что сделать ноги до акции не получится. Да и свинство это по большому счету – так людей подставлять. Разве что шанс исключительный подвернется…

Воздух в лесу был другой. Более свежий, более влажный. А вот темнее стало ненамного. Что в поле пасмурно, что здесь. Растительность самая обычная: сосны, елки, снова сосны. Высоченные деревья в попытке отвоевать себе место под солнцем рвались к небу, и на долю подлеска света приходилось не так уж и много.

– Ой! – взвизгнула вдруг Вера и рванула из кобуры пистолет.

Шедший рядом Мельников едва успел перехватить ее руку. Мы моментально развернулись во все стороны и нацелили стволы в окружавшие дорогу заросли.

– Что стряслось? – вполголоса поинтересовался Гриша.

– Глаза, – всхлипнула девушка.

– Что? – удивился странному ответу Конопатый. – Какие глаза?

– Зеленые, со зрачком вертикальным, – немного успокоилась девушка. – Вон у тех кустов в воздухе парили.

– Сами по себе?

– Да.

Я осторожно приблизился к кустам и внимательно осмотрел землю. Никаких следов чужого присутствия. Я не следопыт, но если на траве и листьях капельки росы остались, это о чем-то говорит, так ведь?

– Никаких следов, – вернулся обратно я.

– Какие следы? – истерично хихикнула девушка. – Я ж говорю – одни глаза были. Они в воздухе висели!

– Я ничего не почувствовал, – не дожидаясь, пока его спросят, высказался Ялтин.

– Пошли отсюда, – настороженно оглянувшийся на кусты Григорий убирать АКСУ не спешил и продолжал держать палец на спусковом крючке.

Впереди затрещал подлесок, и я едва не пальнул в белый свет. На тропинку выбрался здоровенный лось, посмотрел на нас и скрылся в лесу. Ну и зверюга! В холке метра два с половиной, если не больше!