Свежий вечерний воздух был пропитан ароматами сырой земли и легким запахом дыма. Я впервые за целый, год оказалась на улице, поэтому, когда мы вышли за ворота и оказались рядом с огромными каменными укреплениями, окружавшими замок, я оглянулась назад. Луну затянуло облаками, слабо светилось лишь несколько окон, и рассмотреть что-либо в темноте было невозможно. Замок казался обезлюдевшим. Если Валекс и следил за мной, то обнаружить его мне не удавалось.

Когда мы миновали ворота, в лицо нам ударил свежий ветерок, разогнавший остатки дневной жары. Я шла, слегка разведя руки и подставляя грудь его нежным прикосновениям. Он забирался под мою униформу и раздувал волосы. Я глубоко вдохнула, наслаждаясь вечерними ароматами. Мы шли по полю, окружавшему сторожевые башни. Строительство в пределах трехсот метров от замка было запрещено. А город, когда-то называвшийся Королевским Бриллиантом, был переименован после переворота в Замкоград. Бриллиантовый город был построен королем в дар королеве, в долине, располагавшейся к югу от замкового комплекса.

И теперь праздничные шатры были установлены прямо в поле к западу от Замкограда.

— А Дилана не пойдет? — спросила я Ранда.

— Она уже там. Ее вызвали днем. Когда танцоры открыли коробки со своими костюмами, то обнаружили, что какое-то животное прогрызло в них дыры. Поэтому они обратились к Дилане, чтобы она помогла им починить наряды до начала церемонии. — Ранд рассмеялся. — Хотел бы я посмотреть на их лица, когда они открыли свои коробки!

— Ты лучше представь, что было с бедной костюмершей.

— Действительно. — Он умолк. Из-за того, что он сильно хромал, мы уже сильно отстали от остальных.

— А где твой пирог? — Я надеялась, что не испортила ему настроение.

— Сэмми отнес его еще утром. Состязание пекарей устраивают в первый день, чтобы все представленные блюда можно было попробовать и продать, пока они свежие. Так что сейчас я узнаю результаты конкурса. А почему ты не участвуешь ни в каких испытаниях?

Казалось бы простой вопрос, но я предпочла не отвечать на него, как и на многие другие вопросы Ранда. Вначале мне казалось, что он задает их для получения преимущества при заключении следующего пари. Но теперь поняла, что он был движим искренним интересом.

— Нет денег, чтобы заплатить за участие, — ответила я.

Это была правда, но не полная. Для того чтобы рассказать Ранду все, что у меня было связано с этим праздником, я должна была ему всецело доверять.

Ранд неодобрительно щелкнул языком.

— Глупо не платить дегустатору. Это облегчает возможность его подкупа. — Он помолчал, а затем повернулся ко мне с серьезным видом: — Ты бы продала сведения за деньги?

Я вздрогнула. Что стояло за этим вопросом?

И не хотел ли он сам купить у меня какую-нибудь информацию? Я представила себе реакцию Валекса, если он узнает о том, что меня подкупили, и решила предпочесть отсутствие денег его гневу.

— Нет, не продала бы, — ответила я.

Ранд хмыкнул, и некоторое время мы шли в напряженном молчании. А я гадала, не продавал ли информацию Осков, бывший дегустатор. Если — да, то это объясняло, почему Валекс недолюбливал его, а Ранд подозревал Валекса в убийстве своего друга.

— Если хочешь, я заплачу за тебя. Ты мне оказала неоценимую помощь, и я выиграл благодаря тебе достаточно денег, чтобы поделиться с любой, — промолвил Ранд.

— Спасибо, но я не готова. И это будет пустой тратой денег. — К тому же я собиралась доказать Валексу, что можно получить удовольствие от праздника и не имея при себе ни гроша.

Я снова обернулась, хотя и пообещала себе, что больше не стану этого делать. Никого. И я попыталась убедить себя в том, что отсутствие Валекса является хорошим признаком. Потому что, если бы его заметила я, значит, его могли бы заметить и остальные. И все же не отступало навязчивое ощущение, что он решил бросить меня на произвол судьбы. «Прекрати дергаться», — сказала я себе. Но, с другой стороны, не могла же я беззаботно разгуливать, не обращая внимания на грозящую мне опасность?

Мне казалось, что я балансирую на высоко натянутом канате, стараясь не свалиться вниз. Разве можно было развлекаться, одновременно ожидая удара из-за угла? Вряд ли, но я намеревалась это проверить.

— В каком состязании ты бы хотела принять участие?

Я не успела ответит, как он замахал руками:

— Нет-нет! Ничего не говори! Я сам догадаюсь.

— Ну, давай, — улыбнулась я.

— Та-ак… Маленькая, хрупкая, изящная… Танцы?

— Попытайся еще раз.

— Хорошо. Ты мне напоминаешь прелестную птичку, которая опустилась на подоконник и готова вспорхнуть в любой момент, как только к ней кто-нибудь приблизится. Певчую птичку. Может, ты поешь?

— Думаю, ты никогда не слышал, кат я пою. А что все твои догадки будут сопровождаться комментариями на мой счет? — спросила я.

— Нет. Помолчи, пожалуйста, я думаю.

Праздничные огни становились все ярче. Я уже различала звуки музыки и смутные голоса людей и животных.

— Длинные тонкие пальцы. Может, ты — член команды прядильщиков? Обычно такая команда состоит из стригальщика, чесальщика, прядильщика и ткача. И команды соревнуются, кто быстрее превратит овечью шерсть в теплую шаль. Наблюдать за этим очень интересно.