– Я там охотился на вампира, Джексон. Перестань запугивать себя.

– Волка я не видела, Барри, но у меня были странные кошмары. Может быть, мы оба свихнулись, – она выдавила слабую улыбку. Звук ее сердцебиения был таким громким, что грозил свести с ума.

– Вероятно, он ушел, Джекс. Ну да ладно, скажи, все сплетни, которые я слышал о тебе, правдивы, или это еще один ночной кошмар? Я твой напарник. Почему мне ничего неизвестно, что у тебя есть жених? Особенно, если он один из этих миллиардеров?

В его голосе Джекс услышала боль, почувствовала, как его боль, подобно ножу, пронзает ее.

Люциан почувствовал ее ответную боль.

– Вот в этом-то и проблема, сладкая. В тебе слишком много сочувствия. Но ты не ответственна за его чувства.

– Он мой напарник, и я задолжала ему хотя бы свою честность. Наша маленькая шарада причинит ему боль, поэтому я скажу ему, что это все не на самом деле, – вызывающе заявила она.

– Джекс? – подтолкнул Барри, его глаза уставились на ее лицо.

– Ты знаешь, какой трудной была моя жизнь, Барри, – неохотно начала она, не зная, что сказать дальше.

Широкие плечи Люциана заполонили дверной проем. Он был одет в безупречный, сшитый на заказ костюм, его длинные волосы, блестящие, как вороново крыло, были собраны сзади и связаны кожаной ленточкой у основания шеи. От его вида захватывало дыхание. От одного его присутствия комната как будто сразу стала меньше. Он двигался легко, плавно, власть словно прилипла к нему. Он пересек комнату и склонился над ней, целую ее в макушку. От прикосновения его губ на нее накатила легкая слабость. А затем ее сердце уловило медленный, успокаивающий ритм его сердца.

– Добрый вечер, мой ангел. Как погляжу, твоему напарнику позволили навестить тебя. Барри, я – Люциан Даратразанофф, жених Джексон. Примите мою благодарность за спасение ее жизни.

Барри повернулся и обвиняюще уставился на Джексон своими серыми глазами.

Люциан присел на краешек кровати, его большое тело защищающее заслонило ее.

– Джексон хотела рассказать вам обо мне, постоянно мучаясь из-за этого, но не могла. Страх, что Тайлер Дрейк каким-то образом узнает обо мне или о том, что вы являетесь ее близким другом, и причинит вам вред, оказался сильнее, – он обвил рукой плечи Джексон. – У нее была трудная жизнь, и те из нас, кто ее любит, понимают, что она старается защитить нас, даже когда мы предпочли бы, чтобы она этого не делала. Надеюсь, вы понимаете, почему она хранила молчание.

Барри не мог не вслушиваться в модуляции потрясающего мужского голоса. Переведя взгляд с Джексон на Люциана, он обнаружил, что проваливается в глубокое, бездонное море спокойствия. Конечно, он все понимал. Джексон всегда защищала тех, кто окружает ее. Да и как она могла поступить по-другому? А Люциан ему понравился, Барри видел, что этот мужчина подходит Джексон, что он способен позаботиться о ней. Они могли бы стать хорошими друзьями.

– Только посмей что-то вложить в его голову ! – возмущенно сказала Джексон, пытаясь перегнуться через Люциана и вывести Барри из транса. Тот, казалось, с неким восторгом смотрел в глаза Люциана.

Люциан не отвел своего пристального взгляда от Барри. Он лишь осторожно удержал одной рукой Джексон.

– Этот мужчина играет важную роль в твоей жизни ? – молчаливо спросил он.

– Прекрасно знаешь, что да. Не засоряй его голову !

– Если он важен для тебя, то крайне необходимо, чтобы он принял меня. Хорошенько выслушай меня, Джексон. Я не могу позволить, чтобы кто-либо еще узнал о существовании моего вида. Ты понимаешь, о чем я говорю? Я готов взять этого мужчину под свою защиту, но лишь потому, что ты благоволишь к нему. А это не мало. Но для этого он должен принять наши взаимоотношения .

– Наши отношения не принимаю я. У нас нет никаких отношений. Ради Бога, я разговариваю с тобой мысленно, а не вслух, как все нормальные люди. Я стала видеть и слышать намного лучше, чем прежде, и мы оба знаем, что я должна была умереть. Я права? Ты сотворил со мной что-то непонятное, чтобы вернуть меня назад, и теперь я зомби или еще что , – она закончила говорить почти с истерическими нотками в голосе.

Люциан тихо рассмеялся и, наклонившись, поцеловал уголок ее рта.

– Ты такая красивая, милая.

Он не должен обладать таким ртом. Это настоящий грех, иметь рот, как у него. Также следовало бы запретить и его голос.

– Нет, я не красивая, но я благодарна тебе за эти слова, – никто никогда не описывал ее, как красивую.

– Потому что никого не было. Теперь у тебя есть я, – он еще раз взглянул на напарника Джексон.

Барри обнаружил, что улыбается мужчине.

– Как бы мне ни хотелось, чтобы она рассказала мне раньше, но я, конечно, все понимаю. Дрейк – угроза, из-за которой мы вынуждены держаться подальше от ее жизни. Я полагаю, вы понимаете, что вам все время придется быть начеку. Если вы придете в участок, я покажу вам все, что мы имеем на него. Очень важно, чтобы вы узнали его, поскольку вероятность, что он попытается вас убить, огромна.