На главном мониторе оперативного центра отображалась подробная карта Болота, раскрашенная в три цвета: бордовый – места наиболее крупных боев, красный – зоны массового мародерства и групповых драк, и розовый, которым отмечали районы редких перестрелок. Оптимистично зеленым оставалось меньше четверти карты, и все офицеры СБА знали, что очень скоро этот оттенок исчезнет совсем.

Детали происходящего можно было посмотреть на соседних экранах, на которые транслировались картинки со спутников, дирижаблей и вертолетов. Четыре коммуникатора были настроены на новостные ленты, показывающие уличные бои в прямом эфире.

– Наши? – коротко поинтересовался Мертвый.

– Безы оставили Болото час назад, – доложил Зарубин. – Потерь среди личного состава нет.

– Хорошо.

И всё. Просто «хорошо», и Кауфман вновь погрузился в созерцание хаоса, бесстрастно наблюдая за бегающими по улицам фигурками, обезумевшими мобилями и облаками пыли, поднимавшимися над местами взрывов.

Зарубин помялся, прекрасно зная, что Мертвый терпеть не может, когда его отрывают от размышлений, но все-таки произнес:

– Я разработал план подавления бунта. Мы войдем в Болото тремя колоннами…

– Не сейчас, – скупо ответил Кауфман.

– Не сейчас? Но ведь гибнут люди!

– Мы постараемся сделать все возможное, но… – Мертвый вновь перевел взгляд на карту. – Но не сейчас. Решить проблему такого уровня можно только после серьезной подготовки. Разработайте план. Сформируйте колонны. Проведите подготовительную работу.

Директор московского филиала СБА смотрел на карту, и Зарубин вдруг подумал, что Кауфман ждет, когда же она вся станет бордовой…

– Какого черта ты здесь делаешь?

– Я пришла за тетей!

– Мата пришла за мной!

– Ты должна быть с Русом!

– Я предлагала тете ночевать в бюро!

– Я не ночую с незнакомыми мужчинами, – гордо ответила Мамаша Даша.

Патриция лишь руками развела. Хотела сплюнуть и выругаться, но не стала: в присутствии Даши девушка старалась вести себя прилично.

– А в чем проблема? – осторожно спросила Матильда. – Ну, осталась я с тетей, ну и что?

– А то, что я собиралась уезжать на мотоцикле! – резко ответила Пэт. – С одним пассажиром, понятно? Вот в чем проблема.

– Разве на внедорожнике не безопаснее?

Ну как можно говорить с такой дурой?

– На «Плутоне» я могу проскользнуть в любую щель и разогнаться до сотни за три секунды. В нынешних условиях это и называется безопасностью.

– Я боюсь мотоциклов, – сообщила Мамаша. И поправила шляпку.

Где-то громыхнул взрыв, и стекла тихонько задребезжали. Даша замолчала, Матильда испуганно ойкнула, Патриция все-таки выругалась и пообещала:

– Поводов для страха будет предостаточно.

С другой стороны, у бронированного «ГАЗ Тайга», купленного Кириллом месяц назад и подогнанного Пэт к дому гадалки, были свои преимущества. Не скорость, так проходимость. Мощные таранные способности. А еще – два пулемета, аккуратно вмонтированных в толстую крышу.

– Вы собрались?

– Да. – Мамаша Даша показала на небольшой рюкзак.

– А мои вещи у Руса, – пискнула Матильда.

– Решайте, кто из вас будет управлять оружием.

– Чем?

– «Ревунами»! – рявкнула Пэт. – Я не могу одновременно стрелять и вести машину.

Мамаша и Матильда переглянулись.

– Я не умею, – робко протянула Даша. – Совсем.

– А я не стану, – отрезала Матильда.

– От этого зависят наши жизни.

Прогрохотало еще три взрыва. Совсем рядом. И рассыпались веселой чечеткой автоматные очереди. Кто бы с кем ни дрался сейчас на улицах Болота, они неумолимо приближались к Сретенке.

– Я не стану, – твердо повторила Матильда.

Пэт снова выругалась и схватилась за коммуникатор…

– Где я нахожусь? – язвительно переспросил Чайка. – Еду в самом грязном и заплеванном поезде, который когда-либо видел в жизни! Вот где я нахожусь. Между, мать его, Питером и, мать его, Мурманском. В каких-то степях, или как эти поганые места географически называются?

– Связь есть?

– Смотря с кем. У меня, к примеру, отличная связь с официантом, который помогает мне забыть…

– Выпил много?

– Да в чем дело?

– Нужна помощь, – коротко ответила Патриция.

Напряженный голос девушки и неразборчивый грохот фоном заставили Илью понять, что дело серьезное.

– Что случилось?

– У меня «ГАЗ Тайга» с двумя «ревунами». Я за рулем, нужен стрелок.

– Ты одна? – Чайка помнил, что Патриция блестяще управлялась с мотоциклом, и удивился, что она пересела во внедорожник.