Синее пламя рвалось вверх, словно стремясь достать до неба, издавая звук, подобный смеху сотни безумных ведьм.

И тут гигантский туннель обратился в их сторону. Супругов неумолимо втягивало в гигантскую трубу. Подняло на ноги и потянуло к бушующему пламени. Смерч с каждой секундой становился все выше. Причудливо изгибался и крутился со страшной силой. Шум был поистине невыносимым, но ни дыма, ни особенного жара не чувствовалось.

Розалинда почувствовала, как Николас стискивает ее руку, и тут их втянуло в бесконечно высокую колонну синего пламени. Вихрь бросил в их лица пряди ее рыжих волос, ослепив обоих. И Розалинда вдруг подумала, что видит Критский огонь.

Раздался оглушительный грохот.

И больше они ничего не сознавали.

Розалинда медленно подняла голову. В голове прояснилось, но во рту пересохло. Волосы спутались. Однако она не боялась. Оглядевшись, она поняла, что лежит на Николасе.

– Что случилось? – спросил он, наконец.

– Думаю, этот огненный смерч перенес нас в Пейл. Это был Критский огонь, о котором писал капитан Джаред. Помнишь?

Он ничего не ответил. Просто приподнял ее и усадил рядом.

– Похоже, мы в пещере. Песчаный пол, и вон там выход. В глубине ничего не видно. Темно как в колодце. Интересно, насколько она велика.

Розалинду это ничуть не интересовало. Заставить ее исследовать глубины пещеры, можно было только под страхом смерти.

Они медленно поднялись, побрели к выходу и выглянули наружу. На небе сияли три кроваво-красных луны.

– О Господи, как красиво!

Николас посчитал пейзаж странным и неестественным, но сейчас его заботило не это. Он с проклятием ударил себя ладонью по лбу:

– Будь я проклят, глупец несчастный! Догадался надеть сапоги и плащ, приготовился к холодной погоде и походу в горы. И забыл захватить оружие!

– Саримунд ничего не упоминал об оружии, – покачала Розалинда головой. – Может, он сделал это специально?

– Он не упоминал и о плащах, – проворчал он и снова выругался. – Что же, ничего не поделаешь. Итак, нельзя разводить костер, потому что некие огненные создания пожирают угли. Верно?

– Да.

– Хотелось бы знать, как в таком случае удается что-то приготовить?

– Спросим у красного лазиса. Когда его найдем, конечно. Нужно с ним подружиться, чтобы он защитил нас от тайбера. Надеюсь, Саримунд скоро нас найдет. Вспомни, он сказал, что ждет меня.

– Не могу представить, что встречу того, кто уже триста лет как мертв. Нет, могу, конечно. Капитана Джареда. Как, по-твоему, Саримунд – это тоже поющий дух?

– Я видела его над огромным котлом. Он выглядел вполне реальным.

– Надеюсь, мы в долине Авгуров, в конце которой, за узкой змеей-речкой, возвышается гора Оливан. Если Саримунд не придет, и если мы не сможем найти дракона Саллас-Понда, который перенесет нас туда, значит, пойдем пешком. В «Правилах Пейла» записано, что мы не сможем перейти реку, пока три полных кроваво-красных луны не поднимутся над горой Оливан. К чему такие ограничения? Река вовсе не кажется глубокой, поверхность ее спокойна, а ширина не более пятнадцати футов.

– Если хотя бы сунешь в воду палец раньше времени, – предупредила Розалинда, – я тебя ударю.

Сам не зная почему, Николас широко улыбнулся.

– Но полнолуние еще не наступило, верно?

– Да. Завтра ночью.

– Ты, кажется, очень в этом уверена.

– Разумеется, – удивилась она.

– Возможно, есть другой способ попасть в Блад-Рок, и не обязательно переходить реку или искать дракона, – подумав, сказал он.

Розалинда неожиданно направилась к одинокому дереву, стоявшему на небольшом холме, футах в двадцати от них.

– Розалинда, нет! Мы должны оставаться здесь! – окликнул Николас. – Вернись!

Но она продолжала идти прямо к дереву. По крайней мере, ему казалось, что это дерево – только ярко-желтое, с длинными голыми ветвями, лениво шевелившимися подобно машущим рукам. Вот только ветра не было, даже самого легкого.

Он снова окликнул Розалинду, но та не обернулась. Тогда он крикнул:

– Изабелла, вернись!

На этот раз она повернулась к нему. Ее лицо осветилось таинственной улыбкой.

– Я хочу, чтобы ты мне спела, – попросил он. И внезапно заметил, что ее волосы сверкают таким же яростно-красным цветом, как три луны, а лицо словно стертое, но не такое белое, как белизна, окутавшая их вчерашней ночью. Неужели это было только вчера? Казалось, прошла целая вечность.

Она медленно зашагала к нему. Да, это была Розалинда, и все же не она. Он мог бы поклясться, что от ее волос летели красные искры, образующие алый нимб… вернее, кровавый нимб. Плащ и платье куда-то исчезли. И теперь на ней было длинное белое одеяние, подпоясанное узкой золотой веревкой. Неожиданно страх нахлынул на Николаса, но он взял себя в руки:

– Пожалуйста, Изабелла, спой мне.

Она сделала еще два шага. Подол одеяния цеплялся за колючие бесцветные кусты. Она остановилась и запела: