— Не успел, — коротко ответил князь таким тоном, что стало ясно — он затянул с объяснением специально.

Вот гад. Я очень-очень четко представила себе, как роняю Ксилю на голову что-нибудь тяжелое. Телепат, чтоб его…

Ксиль поежился и продолжил уже примирительным тоном:

— Кто же знал, что ты сразу потянешься к своему дару? Хотя, конечно, мне следовало предупредить тебя заранее… В общем, прости.

— Ничего страшного, не стоит извинений, — ответил Дэриэлл скептически. В искренность извинений князя он определенно не верил. — Разумеется, это была чистая случайность.

— Конечно. Полежи немного спокойно, ладно? — доброжелательно улыбнулся Ксиль, не реагируя на подколки, как будто и впрямь задался целью наладить с целителем нормальные отношения. Меня такой почти мгновенный — после одного-единственного замечания! — разворот на сто восемьдесят градусов несколько удивил. Честно говоря, я думала, что первым попытается установить контакты именно Дэриэлл, который сейчас, напротив, буквально излучал недоброжелательность. — Регены скоро распадутся, в аллийской крови это происходит быстро. Постараюсь пока хотя бы на минимальном уровне затянуть рану. Болит?

— Болит, я ведь не могу использовать пока свой дар для анестезии. Впрочем, ничего страшного, потерплю, и не такое бывало. Можете не утруждать себя помощью, князь, — Дэриэлл расслабился и закрыл глаза.

— А я не утруждаюсь, — дружелюбным, почти до сладкого, тоном, заверил его Максимилиан и занялся раной. Я не стала вмешиваться — пока лучше было занять позицию наблюдателя.

Да и вообще, в наблюдении, гм, были свои… плюсы.

Сейчас, когда Максимилиан склонился так близко к Дэриэллу, стала очевидной огромная разница между ними. Нет, даже не во внешности, хотя более отличающиеся типажи сложно придумать. Практически противоположности: черное-белое, теплое-холодное… Но не это главное. Разница была чем-то глубинном, необъяснимом… неотделимым от жизни, как дыхание.

Я улыбнулась последней мысли.

А ведь и правда — дыхание у них разное. У Дэриэлла грудь мерно вздымается, у губ — облачка пара, стынущие в морозном воздухе. А Максимилиан словно и не дышит вовсе. У него даже снег на ресницах не тает — температура тела после сворачивания боевой трансформации опустилась.

Позабытая мною «лампа» истощилась и погасла.

— Лучше не надо, — остановил меня князь, прежде чем я успела зажечь еще одну. — Перетерпи две-три минуты, и глаза у тебя сами привыкнут. На самом деле здесь довольно светло — через четыре дня полнолуние.

— Пусть зажигает, — резко возразил Дэриэлл. — У людей зрение слабее. Или тебе приятней, когда Нэй рядом с тобой чувствует себя уязвимой?

— Все в порядке, Дэйр, — я задумчиво осмотрела медленно выступающие из непроглядного, казалось бы, мрака серебряные от инея склоны оврага, графически четкий силуэт кряжистого дуба… На мерзлой земле были живописно разбросаны останки ларег. Ксиль, похоже, неплохо повеселился. — Так действительно удобнее. Я теперь вижу не только световой круг, но и пространство за ним. И чувствую себя поспокойнее.

Целитель только губы поджал. Обиделся, что я сторону Ксиля приняла? Плохо…

Несколько минут прошло в молчании. Максимилиан то и дело порывался что-то сказать, но смотрел на Дэйра, потом на меня — и молчал. Я начала зябнуть: заклинание уже почти развеялось, и сидеть на земле стало довольно холодно. Бедняга Дэриэлл, он-то, наверное, вообще уже в ледышку смерзся — лежит прямо так, мы с Ксилем даже подстелить ему ничего не догадались. Дэйр, конечно, аллиец, он не простудится, но как-то глупо получилось. Я как ученица целителя о таких мелочах забывать не должна, а поди ж ты, даже и мысли не появилось о подстилке…

— Все, — констатировал Максимилиан, отнимая ладонь от раны. — Это предел. Дальше сам, дружок.

— Я бы попросил обойтись без фамильярности и без пошлости, князь. Воздержитесь, пожалуйста, от «дружков» и прочего в этом духе, — устало вздохнул Дэриэлл. — И… спасибо.

— Не за что, дружок, — нахально сверкнул глазами князь. — Рад был вернуть должок… Вот, даже в рифму получилось. Идти сможешь? Давай руку.

— Не надо, я сам, — с прохладцей ответил Дэриэлл, поднимаясь на ноги. Его все еще шатало от последствий отравления, не до конца затянувшаяся рана наверняка сильно болела, но принять помощь шакаи-ар было выше сил любого аллийца. Еще удивляюсь, как Лиссэ сумела себя перебороть и попросить Максимилиана позаботиться о целителе. Видимо, слишком уж она испугалась ларег — эти твари вполне могли разделать Дэйра на гуляш.

Кстати, о ларегах и прочей нежити.

Где-то на периферии сознания тревожно тренькнула сигнальная ниточка. Я вслушалась в сигнал… и почувствовала непреодолимое желание убраться подальше от мрачного, крайне неудобного для обороны оврага.

— А нам обязательно продолжать разборки здесь? — я зябко передернула плечами. — Давайте домой собираться. И побыстрее.

— Что случилось, Нэй? — Дэриэлл обеспокоено коснулся моего плеча. — Замерзла? Устала?

— Хищников заметила, — вместо меня ответил Максимилиан. — Они почувствовали кровь, смерть, и решили присоединиться к нашей теплой компании. Я давно их слышу.