И возможно, будут правы, с горьковатой улыбкой решил он.

Усамой двери его улыбка моментально погасла: он уловил характерный запах химера.

— Проклятие! — выдохнул он, глядя, как Леве вперевалочку появляется из темноты и адресует ему то, что иначе как самодовольной ухмылкой не назовешь.

— На твоем месте я бы туда не заходил, — вызывающе заявил химер, дернув хвостом. — Если, конечно, тебе дороги твои… гм… драгоценности.

— А в чем дело? — Стикс мрачно шагнул вперед. — С Дарси что-то случилось?

— С ней все в порядке, — поспешно пояснил Леве, несомненно, почуяв, что в воздухе запахло смертью. — Но она сейчас занята.

— Занята? — Стикс чуть запрокинул голову, чтобы принюхаться. Когда он уловил знакомый запах, выражение его лица не стало спокойнее. — Шалотт!

— Да. — На уродливой серой мордочке снова появилась ухмылка. — И Шэй не слишком тобой довольна.

Стикс пожал плечами. Шэй далека от того, чтобы простить ему пытки Аспида.

— А когда она бывала мной довольна? — вопросил он.

— Никогда.

Почему-то Леве был страшно рад явной неприязни Шэй к Стиксу и его Воронам. А такое чувство выражать было опасно, если учесть, что ворчливое настроение Стикса только что превратилось в решительно мерзкое.

Благородная часть его существа хотела бы радоваться тому, что у Дарси оказалась подруга, которая сможет ее понять. Они обе были отчасти демонами — и обе были одиноки. Точнее, Шэй была одинокой раньше, пока она не составила пару с Аспидом.

И ей следовало бы убедить Дарси в том, что мир сверхъестественного не такой страшный, как ей могло показаться. И что еще важнее, принадлежности к миру сверхъестественного стыдиться не нужно.

Гораздо менее благородной части Стиксова существа хотелось выкинуть Шэй из ее собственного поместья, пока та не успела настроить Дарси против него.

— Сколько времени она здесь?

— Примерно час или больше. Похоже, они очень друг другу понравились.

— Отлично, — выдавил он, больше всего желая стереть с губ крошечного демона гаденькую усмешку.

— Отлично? — Леве тихо хохотнул. — Ты не боишься, что Шэй убедит твою красавицу всадить тебе в спину кол?

В ответ на эту издевку Стикс молча пожал плечами. И так известно, что у него есть твердое правило — не доверять никому, кроме своих Воронов.

Подозрительность и паранойя — лучшие друзья вампира, если ему хочется остаться в живых.

Однако несмотря на свою инстинктивную недоверчивость, Стикс не желал верить в то, что Дарси когда-нибудь станет для него угрозой. Пусть она и обладает невероятной отвагой и стальной волей, но сердце у нее по-настоящему нежное, этого не подделаешь.

— Дарси слишком добрая, чтобы кому-то навредить, — уверенно сказал он. — Даже мне.

Гаденькая улыбка померкла, и Леве разочарованно вздохнул. Сегодня никто в вампиров колья вгонять не будет.

— Надо признать, что тут ты меня поймал. Она совершенно не похожа на демона. Да и на смертную, если уж на то пошло.

Стикс посмотрел на него внимательно:

— Тебе удалось определить, что она такое?

— Она — демон, тут сомнений нет. — В голосе Леве послышались нотки досады. Ему было неприятно, что он не смог определить происхождение Дарси. Это было оскорблением его химерических способностей. — Но кажется, это как-то замаскировано ее принадлежностью к людям.

Стикс наклонился, чтобы заглянуть прямо в серые глазенки твари. Он не стеснялся использовать ненасытное любопытство химера.

— Сальваторе знает правду.

— Вер?

— Да.

Химер нахмурился, явно почувствовав, что им манипулируют.

— Он уже один раз тебе напинал. Хочется снова оказаться в неловком положении?

Стикс тихо зашипел. Мало кто посмел бы напомнить ему о столь унизительном проигрыше.

— Любой глупец выстрелит из арбалета, поджимая от страха хвост. Это был всего лишь удачный выстрел.

Леве продемонстрировал поразительный скепсис:

— Как скажешь.

— Ладно, я явно неспособен перехитрить вера. — Стикс сдержал ярость и даже сумел холодно улыбнуться. — А вот ты, мой друг, наоборот, обладаешь поразительными умениями и сообразительностью, чтобы выставить Сальваторе дураком.

Леве попятился, протестующе вскинув руки:

— Нет-нет! Тысячу раз нет! У меня аллергия на собак. Не говоря уже об острых зубах и мерзких когтях.

— Разве могучий химер может чего-то бояться?

— Ты что, сбрендил? У меня метр роста, хилая магия и девчачьи крылышки. Я всего боюсь.

Стикс пожал плечами:

— Маленький рост означает, что ты можешь незаметно проскользнуть к ним в берлогу.

— Ты уверен, что стрела попала тебе в грудь, а не в голову? — Леве возмущенно фыркнул. — С чего я стану рисковать собой ради тебя?