Оставшись одна, Дарси на мгновение прикрыла глаза. «Если только ты мне доверишься…»

Черт подери, она верит Стиксу. Что, несомненно, просто подтверждает мнение большинства людей — она настоящий псих. Какая нормальная женщина стала бы доверять смертельно опасному ночному хищнику?

Но вместе с доверием пришла и твердая уверенность в том, что он слишком порядочен, чтобы забыть о своих обязанностях.

Он будет делать то, что должен.

И она тоже.

Стараясь не замечать странной боли, поселившейся у сердца, Дарси прошла в ванную и закрыла за собой дверь. Когда Леве так заботливо собирал ее вещи, он захватил и мобильный телефон, и небольшую пачку купюр, которая была спрятана у нее в комоде, в ящике с носками.

Обнаружив эти сокровища, Дарси предусмотрительно спрятала и телефон, и деньги в полотенца, лежавшие под раковиной. Она предчувствовала, что будет необходимо сбежать из своей роскошной тюрьмы.

Дарси прижала к груди телефон и стала думать, кто мог бы ей помочь.

Полиция отпадает. Если Дарси попытается рассказать им, что ее похитил вампир, то попадет прямо в дурдом — и то если Стикс и его Вороны не сделают с полицейскими что-нибудь ужасное, когда они попытаются попасть на территорию особняка.

То же относится и к ее немногочисленным друзьям.

Она не может подвергать их опасности, втягивая в свои проблемы.

А родственников у нее нет, так что и здесь поддержки не будет.

И значит, остается… никого не остается. Она стиснула зубы, чтобы не поддаться унынию. Существует кто-то, кто может ей помочь. Должен существовать.

Она резко остановилась: озарение пришло неожиданно. Шэй.

Прекрасная демоница ясно дала понять, что она хочет и готова помочь Дарси во всем, что ей может понадобиться. И что еще важнее, она не боится Стикса и его Воронов.

Это — идеальный выход.

Теперь надо только сообразить, как добыть номер ее телефона…

— Дарси!

Дарси выронила телефон: она не заметила, что Стикс бесшумно вошел в ванную и встал прямо перед ней.

— Вот дерьмо! — выдохнула она, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. — Какого черта ты сюда явился? Я ведь сказала…

Ее панические возражения оборвались: он прижал палец к ее губам.

— Ш-ш. Не тревожься, ангел, все хорошо, — тихо проговорил он.

Она нахмурилась, а он взял ее за подбородок и, опустив голову, заглянул в широко распахнувшиеся глаза.

— Стикс? — прошептала Дарси, ощущая, как ее затапливает ужасно странное ощущение спокойствия. Она видела только его черные глаза, слышала только тихий, убеждающий голос.

— Ты очень устала, Дарси, — успокаивающе проговорил он. — Тебе надо забыть про тревоги этого дня. Забудь, как Леве вернулся от Сальваторе. Забудь про фотографии…

Ее ресницы затрепетали, а веки начали опускаться, хотя она и пыталась бороться с внушением.

— Но…

— Забудь, Дарси, — выдохнул он. — Засни.

И она заснула.

Аспид тряхнул головой и снова всмотрелся в небольшой снимок.

— Сходство поразительное, — согласился он. Стикс нервно расхаживал по офису клуба, который располагался в центре города. — И Дарси ничего не знает об этой женщине?

— Ничего.

Стикс заставил себя остановиться рядом с изящным резным секретером эпохи Людовика XIV, который идеально сочетался с остальной хрупкой французской мебелью. Боги! За эту последнюю неделю он отмерил шагами большее расстояние, чем за целое тысячелетие! И все из-за Дарси Смит.

— Эти снимки ее… взволновали. Особенно когда Леве имел глупость признаться, что обнаружил их в сейфе у Сальваторе.

Похоже, Аспид что-то почувствовал в голосе Стикса: он медленно поднялся на ноги и всмотрелся в лицо друга с внимательным любопытством.

— Взволновали? Что ты хотел сказать?

Стикс скрипнул зубами, остро представив себе Дарси, которая крепко спит у себя в постели.

Он не причинил ей вреда. Даже наверняка спас ее от последствий ее собственной глупости. Проклятие: она ведь была готова очертя голову броситься в приготовленный Сальваторе капкан!

Он просто позаботился о том, чтобы, проснувшись вечером, она не вспомнила ничего, что происходило в прошлые сутки. Она будет в безопасности под его опекой.

Тогда почему у него такое чувство, будто он каким-то образом предал единственную женщину, которая принесла в его жизнь что-то, кроме скучного долга и бесконечных обязанностей?

Аспид вопросительно выгнул бровь и окликнул его:

— Стикс!

Стикс беспокойно передернул плечами и рассеянно дернул амулет, висевший на шее.