Вот тут-то мне и удалось разглядеть тварь поближе. Она отдалённо походила на тюленя: такая же гладкая и лоснящаяся.

Расстояние между нами было меньше метра. Практически зона досягаемости, только руку протяни. Намерения «тюленя» без проблем читались по недружелюбной морде лица. Терять всё равно было нечего, а пропадать лучше под аккомпанемент военного оркестра, так что я подпрыгнул как сжатая пружина, ещё в полёте обхватил левой рукой водоплавающую тварь за скользкую шею, а правой засадил ей тесак так глубоко, что будь он чуточку длиннее, лезвие вышло бы с другой стороны.

«Тюленю» мои манёвры ужасно не понравились. Сначала он попытался избавиться от меня, но я вцепился так крепко, что и краном не отдерёшь. Тогда раненая бестия забилась как в конвульсиях. Пока она металась из стороны в сторону, меня раза два крепко приложило об стену. Я понадеялся, что сейчас гадина склеит ласты, но не тут-то было. Подыхать она явно не собиралась, и вопрос, кто из нас раньше предстанет перед Всевышним, до сих пор оставался открытым.

Боль её не останавливала, скорее всего, наоборот — подстёгивала. Ах, как ей хотелось избавиться от меня, как она старалась!

Началась бешеная болтанка. Туда-сюда, вверх-вниз, вправо-влево. Хуже всего приходилось, когда мы уходили под воду: гадина могла задерживать дыхание на минуту, а то и больше, в этом я ей значительно уступал, лёгкие мои едва не разрывались от недостатка кислорода. Перед глазами давно плыли разноцветные пузыри. Я действовал на автопилоте.

Теперь понятно, что чувствуют ковбои, когда укрощают необъезженного мустанга. Ощущения прямо скажем на любителя. Хотя бравые техасские парни (надеюсь, не все из них пошли на удобрения в родную землю матушку) по сравнению со мной были в более комфортных условиях. Лошади в воду не ныряют, а мой «морской конёк» проделывал этот маневр с завидной регулярностью.

Я чудом не потерял сознание и не отцепился.

А потом всё закончилось. Чудовище обмякло и стремительно пошло ко дну, я с трудом оттолкнулся от враз потяжелевшей туши и в несколько гребков достиг неглубокого участка. Там меня дожидалась мокрая и продрогшая Лило. Я обвёл взором поле недавней битвы. Кроме нас двоих никого. Некомплект.

— А где Муха? — спросил я, приплясывая на одной ноге. Вода затекла в уши, сделав меня глухим как тетерев.

— Не знаю, он не выплыл. Боюсь, что утонул, — отозвалась девушка.

Холодная струйка вытекла из ушной раковины, я снова вернулся в мир звуков.

— Муха! — несколько раз прокричала Лило, и лишь эхо было ей в ответ.

Я тоже стал надрывать глотку, к несчастью, с аналогичным результатом. Муха как в воду канул, собственно так и произошло. То ли его оглушило, и он утоп, то ли тварь смогла зацепить проводника и уволокла за собой. Возможны любые варианты.

Я перекрестился:

— Да, нехорошо получилось. Упокой Господь твою душу. Прости Муха за то что так и не узнал твоего имени, прости за всё остальное. Покойся с миром.

— Главное, что мы выжили, — сказала девушка.

— Что верно то верно. Надо линять отсюда, вдруг эта тварь была не одна.

— Не беспокойся, Саша, других тут нет.

— Твоими бы устами да мёд пить. О! — я поднял указательный палец. — От мёда я бы, кстати, не отказался.

Согреться не помешает. Ещё немного и у меня зуб на зуб не попадёт. Плохо только, что мёда у нас нет. Предлагаю согреться альтернативным методом.

— Если ты на секс намекаешь, лучше сразу выкинь из башки, — предупредила девушка.

Я притворно возмутился:

— Мадемуазель, за кого вы меня принимаете?! Я имел в виду совершенно безобидный способ превращения кинетической энергии движения в тепловую: небольшой марафонский забег и ничего более. Видите, как всё целомудренно и невинно.

— Бег подходит, — резюмировала Лило.

— Тогда чего мы стоим и покрываемся тонкой коркой льда? Давай рванём с низкого старта наперегонки? Ну, типа того: кто последний, тот дурак. Или вонючий носок. На ваш выбор, мадемуазель.

— Рванём, — кивнула Лило и сразу понеслась как лань.

Следом за ней и я.

Мы бежали по туннелю. Намокшие ботинки противно хлюпали, одежда прилипала. Я подстроил дыхание под ритм движений, ощутил, как разогреваются мышцы, разгоняя тепло по всему телу. Ещё немного и выступит пот. Я быстро потею, видимо особенности физиологии моего организма. И не скажу, что слабак. Человек с плохой подготовкой на поверхности быстро загнётся, а я всё ещё копчу воздух.

Во время бега заодно и задумался. Оружие, припасы и документы мы посеяли под водой. Насчёт утонувших бумажек я так и быть, убиваться не стану, а вот остальное представляет большую ценность. Без него под землёй не выживешь.