Эшби недоуменно переглянулись. Они ничего не могли понять.

— Хорошо. Не расстраивайся, Амелия. — Эдна взглянула на мужа. — Наверное, я ошиблась. — Она не верила Саре, но не хотела поднимать лишнего шума.

Эдна ушла, оставив Чарльтона утешать девушку.

Выйдя на улицу через заднюю дверь, она увидела Бетти и направилась к ней.

Женщина снимала белье и не слышала, как подошла соседка.

Бетти схватилась рукой за сердце и глубоко вздохнула. Она очень нервничала в последнее время, а после того, как получила предупреждение от девушки из колодца, ею завладел страх. Она видела опасность в каждой тени, не могла спать и все время думала об этом видении.

— Вы нашли ту вырезку из газеты, миссис? — Бетти думала об этом всю ночь и была уверена, что эта бумага имеет огромную важность.

— Нет, Бетти. Я вспомнила, куда положила ее, но кто-то нашел ее раньше меня. Я уверена, что это Амелия.

Бетти ахнула.

— Почему вы так думаете?

— Есть несколько фактов, явно указывающих на то, что кто-то искал эту газетную статью до меня. Я не смотрела на верхней полке, там, где лежат книги Чарльтона, но тонкий слой пыли на этой полке стерт. Полли сказала, что не подходила к шкафу, поэтому остается только Амелия. Хотела бы я знать, зачем она взяла ее, Бетти.

— Вы спрашивали ее, миссис?

— Да, буквально пару минут назад. Она отрицает, что искала эту вырезку.

Внезапно у Бетти перед глазами заплясали языки пламени.

— Я думаю, она сожгла эту газетную вырезку, миссис.

Эдна подумала о печи на кухне. «Неужели Амелия положила фотографию в печь, на тлеющие угли ночью », — задала себе вопрос Эдна. Такое объяснение вполне правдоподобно, но теперь уже поздно искать какие-нибудь улики, так как Полли утром уже разожгла огонь. Ей придется просто забыть об этом.

— Я не собираюсь больше ничего говорить Амелии, потому что в понедельник мы устраиваем в честь ее дня рождения чаепитие, которое будет для нее сюрпризом. Не стоит лишний раз расстраивать ее.

У Бетти снова появилось плохое предчувствие. Впервые оно возникло тогда, когда она отправилась с детьми в Ривз-Пойнт, но теперь это ощущение стало настолько сильным, что у женщины закружилась голова.

— Бетти, приходите с Джоном и детьми к нам на чаепитие, — пригласила Эдна.

При одной мысли о том, что ей придется оказаться рядом с подопечной Эшби, Бетти стало плохо, но она не хотела расстраивать Эдну.

— Не уверена, что Джон будет дома, миссис, но мы с детьми придем.

— Замечательно. — Эдна заметила, что Бетти нехорошо. — Что-то не так, Бетти?

— Нет, миссис. Иногда дети слишком заигрываются, заставляя меня нервничать. Со мной все в порядке.

— Жду вас завтра в пять.

Вечером Эдна поделилась с мужем подозрениями:

— Уверена, что Амелия лжет. Но мы не можем ничего доказать. Придется внимательнее приглядывать за ней.

— Я думаю, нам нужно завтра утром поехать в город и повидаться с Брайаном Хаксвеллом, — тихо проговорил Чарльтон.

— Хорошая мысль, — согласилась Эдна. — Все равно мне надо кое-что купить для завтрашнего праздничного чаепития.

Сисси трясла Амелию, пока она не проснулась.

— Пошли быстрее, Сара, — проговорила она взволнованно.

— Что… случилось? — сонно спросила Амелия. Она все еще не могла прийти в себя.

— Майло очень плохо.

— Майло? О нет! Который сейчас час?

— Почти полночь, — ответила Сисси. — Прости, что я разбудила тебя, но папа сейчас с Майло.

— Все в порядке, — проговорила Амелия. Она с горькой усмешкой подумала, что, наверное, впервые заснула до полуночи.

Майло весь день чувствовал себя скверно. Он лег спать после обеда и не проснулся к ужину. Эван предложил не будить малыша и дать ему выспаться, так как прошлой ночью он почти не сомкнул глаз.

Амелия накинула плащ поверх ночной рубашки, сунула ноги в ботинки и бросилась к дому вместе с Сисси. Майло сильно рвало. В перерывах между рвотными спазмами, малыш кричал от боли и хватался руками за живот.

— С ним что-то серьезное. Ему надо к врачу, — твердо сказала Амелия.

Эван держал своего сына за руку и гладил по голове. Он думал о том, что дорога на лошади в Кингскот займет три дня, а Майло слишком плох, чтобы выдержать такое испытание.

— Мы ничего не можем сделать, Эван. Ему нужно к врачу, — повторила Амелия.

Мужчина кивнул и закрыл лицо руками.

— Я пойду скажу Габриелю, чтобы он посигналил первому же рыбацкому судну, — проговорил Эван. Он молился, чтобы Майло только не стало хуже. Несчастный отец не мог потерять и его.