Тэлли вспоминала все забавы и хитрости уродских дней — как она вылезала из окна интерната по ночам, как перебиралась на другой берег реки, как однажды обманом проникла на вечеринку в особняке Гарбо, где жил похорошевший Перис. Но она сомневалась, что здесь уродский опыт ей поможет. Как выяснилось из разговора с доктором Кейбл, в городе забавляться разными обманными фокусами можно было без особого труда. Там система безопасности была специально устроена так, чтобы стимулировать творческие наклонности уродцев, а вовсе не для того, чтобы измываться над их нервной системой.

А этот барьер был установлен для того, чтобы не подпускать опасных дикарей к городу, чтобы оберегать туристов и путешественников — кого угодно, кому бы взбрело в голову выбраться на лоно природы. Так что этих милых куколок не стоит и пытаться срезать походным ножом.

Размышляя об уродских шалостях, Тэлли вдруг вспомнила о том, что у нее в заднем кармане штанов лежит рогатка. Вряд ли с ее помощью получится обмануть «край света», но попытка, как говорится, не пытка…

Тэлли нашла на земле гладкий плоский камешек, зарядила им рогатку. Полоски кожи скрипнули, когда она потянула их к себе. Тэлли вы пустила камень, но промахнулась — он пролетел примерно в метре от ближайшей куклы.

— Похоже, я немного не в форме.

— Юная Кровь! — воскликнул Эндрю. — Мудро ли так поступать?

Она улыбнулась.

— Боишься, что я сломаю целый мир?

— В преданиях говорится, что боги поставили здесь эту преграду, чтобы обозначить границу забвения.

— Ну… Допустим. Но на самом деле это больше похоже на знак «Не влезай, убьет» или «Осторожно, руками не трогать». Это для того, чтобы вы сидели на своем месте. Поверь мне, мир очень велик. А куколки придуманы специально для того, чтобы вы об этом не узнали.

Эндрю отвел взгляд, и Тэлли подумала, что он снова начнет с ней спорить, но он опустился на колени, понял с земли камень размером с кулак, замахнулся, прицелился и швырнул. Тэлли с первого же мгновения броска поняла, что камень не пролетит мимо цели. Он угодил в ближайшую куклу, та завертелась, бечевка крепче обхватила ее шею, и кукла завертелась в обратную сторону.

— Храбрый поступок, — отметила Тэлли.

Эндрю пожал плечами.

— Я же сказал, Юная Кровь: я верю тебе. Может быть, на самом деле это не край света. Если так, я хочу посмотреть, что за ним.

— Молодчина.

Тэлли шагнула вперед и вытянула руку. Кончики ее пальцев чуть-чуть покалывало — видимо, остатки статического электричества скопились в воздухе. Снова возникло ощущение, будто по коже ползут муравьи. Она опустила руку. Ясно. Системе, придуманной для того, чтобы десятками лет работать под открытым небом, выдерживать град, дождь, нападение хищников и удары молний, вряд ли можно причинить серьезный вред, бросаясь камнями.

— Маленькие человечки все еще делают свое дело. — Тэлли растерла пальцы. — Не знаю, как можно преодолеть эту преграду, Эндрю. Но попытка была хорошая.

Эндрю смотрел на свою ладонь так, словно сам поражался: как это он осмелился бросить вызов богам, делу их рук.

— Мы пытаемся выбраться за край света. Странно, правда?

Тэлли рассмеялась.

— Добро пожаловать в мою жизнь. Но прости, что тебе пришлось проделать со мной такой долгий путь понапрасну.

— Не понапрасну, Тэлли. Ведь я видел.

Она пыталась понять по его лицу, о чем он думает, что означает это выражение озадаченности и пытливой задумчивости в его глазах, но на сей раз у нее ничего не вышло.

— Что видел? Как у меня нервы чуть не поджарились?

Он покачал головой.

— Нет. Как ты стреляешь из рогатки.

— Что-что?

— Когда я впервые пришел сюда еще мальчиком, я почувствовал, как маленькие человечки вползают внутрь меня, и мне захотелось убежать домой. — Он устремил на Тэлли непонимающий взгляд. — А ты подумала, что их можно убить камнем. Ты не знаешь того, что известно малым детям, но так уверенно говоришь о величине этой… планеты. Ты ведешь себя так, словно…

Он умолк. Ему явно не хватало слов.

— Словно вижу мир иначе?

— Да, — ответил Эндрю тихо и стал еще более задумчивым.

«Скорее всего, — подумала Тэлли, — ему раньше никогда не приходила в голову мысль о том, что люди могут по-разному воспринимать реальность. Вряд ли у лесных жителей остается много свободного времени для философских рассуждений и споров, ведь им нужно добывать себе пропитание, да еще и отражать нападения чужаков».

— Вот так бывает, — сказала она, — когда уходишь из резервации… то есть, когда делаешь шаг за край света. Кстати, я хотела спросить: ты уверен, что эти малютки висят повсюду, в какую бы сторону мы ни пошли?