Сигарета зажглась сама — от близости пламени. Женя затянулся и решил пока всё же не останавливаться, а как-нибудь в другой раз. В другой раз — это точно. А эту можно посмаковать.

— Толик? У меня дело есть.

— Я на работе, — ответил Толя. — Что за дело?

— Цена не имеет значения. Серьёзное дело, Толя. Не телефонное.

— Ну заходи тогда.

— Нужен билет читательский, — сказал Женя, устроившись на стуле около Толика. — Ну, библиотечный. Такой, чтоб как настоящий. С фоткой. С цифрами.

Толя прощёлкал сайт университета. Потом ещё какой-то сайт. Возился пару минут и достал картинку — как удостоверение выглядеть должно.

— Может, тебя ещё и в базы данных как студента занести? — ухмыльнулся он. — Нафиг тебе это надо?

— Надо.

— Фотку свою сделаешь?

— Хоть сейчас.

Женя вытянул фотоаппарат, кабель и скинул пару своих фоток на комп Толи. Толя их быстро проглядел, одну оставил, а остальные стёр.

— А оно на картоне или на пластике вообще должно быть? Ламинированное?

— Не в курсе.

— Ну, одним пивом ты тут не отделаешься… Вот что: позвони завтра.

— Толя, плин. Это твоё «позвони завтра» ясно что обозначает: погоняю в игрушки, напишу комменты на все темы на всех форумах, фигнёй пострадаю ещё какой и скажу потом, что дело сложнее, чем казалось. Давай-ка ты всё же всерьёз сделаешь, а?

Толя нахмурился.

— Это важно. Очень важно.

— Хорошо. Я сам позвоню.

— Толя! — позвали из коридора. — Толя, у меня компьютер не включается, иди посмотри, пожалуйста? Я ничего такого с ним не делал…

— Педик, — злобно пробормотал Толя. — Думает, я не знаю ничего, сучёныш… Всё утро гей-порнуху какую-то смотрел в сети, а теперь комп у него не включается… Да, это кара! Да! Кара божья!..

Женя решил оставить разгневанного Толика наедине с его работой, попрощался и ушёл. «Сам позвоню» — это, хоть и налагало на него какую-то ответственность, но отнюдь ничего не обещало. Но всё же лучше, чем ничего.

У Вити сидела Наташа; они пили чай. Витя медленно, с достоинством, качался в своём любимом кресле. Колени его были накрыты пледом, изредка он осторожно глотал горячий чай из кружки. Наташа же устроилась за столом, листала женский журнал — из тех, где написано десять способов заставить мужчину делать куннилингус, и что будет модно носить в этом сезоне.

— А мы как раз про тебя говорили, — поприветствовал вошедшего Витя. — И вот что решили: учиться тебе надо. Учиться на фотографа, в университете.

Наташа, не отвлекаясь от журнала, кивнула. Выглядело так, будто идея это её, но сказать она стесняется, и вот — Витя за неё.

— Зачем это ещё? Чему меня там научат? Как проявлять? Как диафрагму крутить, что ли? Будто я не умею…

— Вот и в интернете, сидят человек — ну, тысяч двадцать-тридцать фотографов, с выложенными альбомами фотографий на разных сайтах, и такой вот предъявой — будто я не умею! Всё я умею! Я профи! Любите и осыпайте цветами! А сами правильно композицию в кадре подобрать не могут, бегают с мыльницами по лесам, по городу, щёлкают что-то. И никто учиться не хочет.

— Это только деньги впустую, — замахал руками Женя и пошёл к плите чай себе делать. — И вообще, я не намерен сегодня об искусстве спорить.

— Голова болит?

— Голова у Ксена болит, — ответил Женя, отколупывая присохший к стенкам банки сахар. — А у меня просто настроения нет.

— Хватит про Ксена, — попросила Наташа.

Только тут Женя заметил, что рука у неё забинтована на запястье.

— Разошлись?

— Нет. Я от него отдыхаю.

— Точно?

— Нормально всё у нас. Как обычно. Полная Касабланка.

Чай «Нирвана». Мешанина из всяких-разных сушёных трав, цветов и ещё чего-то. В первый раз его купила именно Наташа — потому что Ксен тогда слушал Нирвану. Оказалось, смесь не только по названию, но и по вкусу отличная. С тех пор пили все.

— По древнему цыганскому рецепту, — читала вслух Наташа. — Чтобы восстановить потенцию, нужно украсть петуха, ночью на полную луну спустить его кровь, настоять на сливках… Ай, фигня полная. Вот в конце смешно: а если вы не можете украсть петуха, то и ешьте себе виагру.

Все засмеялись.

— В это и вправду верят?

— Сколько я знаю женщин, — заметил Витя. — Все читают журналы с таким видом — ой, девочки, посмотрите, как написали, бред-то какой, умора полная, только разве что посмеяться и можно. А как до дела дойдёт, все свято верят в этот бред и умору.

— Я не верю! — возмутилась Наташа и закрыла журнал.

— Что я, собственно, и доказывал, — улыбнулся Витя. — Конечно, само собой, что не веришь…