Озар небрежно смахнул монету в карман кожаного передника и сказал:

– Ремесленник Покоп врал, что дважды за последнюю неделю встречал в городе своих померших приятелей.

– Он был сильно пьян, когда рассказывал об этом?

Озар подумал, затем качнул головой.

– Нет, не думаю. Покоп мастер – золотые руки. А чтобы руки были золотыми, нужно иметь ясную голову.

– Так-так… – Глеб нахмурился. – И что, Покоп пробовал с ними заговорить?

– С мертвецами?

– Ну.

Озар усмехнулся.

– Он их окликал. Но те не пожелали с ним говорить и быстро скрылись. Годится тебе в коллекцию эта история?

– Вполне. – Глеб достал из кармана еще одну монетку и положил на стойку. – Продолжай в том же духе, и этот разговор сделает тебя богачом, Озар.

Целовальник смахнул монетку в карман и продолжил:

– Три дня назад из гофских стран вернулся купец Збруй. Он не был здесь почти два года. На Сходной площади Збруй встретил стригача Малюту. Малюта выглядел странно. Кожа у него была нежна, будто у младенца, а на голове заместо былой лысины колосился пушок. Когда Збруй его окликнул, стригач помахал ему рукой и сказал, что очень спешит. А после скрылся в толпе.

Глеб бросил на стойку третью монетку. Озар посмотрел на нее, но брать не стал.

– Не знаю, сгодится ли тебе следующая история, Первоход, – раздумчиво проговорил он. – Видишь ли, в чем дело… В Хлынь-граде не только видят мертвецов. В Хлынь-граде пропадают люди.

Глеб чуть прищурился.

– Я собираю разные истории, Озар. Возможно, сгодится и эта. Рассказывай.

– Что ж… Тогда слушай. У пьяницы Велизара есть тетка – старуха Сухота. А у нее – внук. Родители мальчонки в день первого покоса утонули в реке. Несколько дней назад Велизар решил навестить старуху Сухоту и своего племяша. Пришел, постучал, вошел в избу. Да только ни старухи, ни мальчишки там не было. На первый взгляд изба выглядела заброшенной. Печь холодная, а все вокруг покрыто белой пылью, толщиной в палец. А на этой пыли – следы босых ног. Следы взрослые, не детские и не старушечьи. Велизар хорошенько обыскал избу…

Целовальник остановился, чтобы перевести дух. Глеб нетерпеливо поторопил:

– И что ж он там нашел?

Озар нахмурился и ответил:

– Кожу.

– Кожу?

– Да. Это была человеческая кожа. Одна старая, морщинистая, вторая – чистая, детская.

Лицо Глеба оцепенело.

– Что было дальше? – глухо спросил он.

– Дальше? – Целовальник вздохнул. – Велизар выскочил на улицу и стал звать охоронцев. Подъехали ночные дозорные. Велизар рассказал им, что и как, дозорные спрыгнули с коней и вошли в избу. Да только никакой кожи там не нашли. И вообще ничего не нашли. Кроме белой…

– Пыльцы, – задумчиво договорил за него Глеб. – Ты сказал, что Велизар – пьяница. Так, может быть, ему все это привиделось?

– Может, и привиделось, – неожиданно легко согласился хозяин кабака. – Да только Велизар мужик крепкий. И сколько бы он ни выпил, в глазах у него никогда не двоится. А старуха с мальчишкой в самом деле исчезли. А дом их до сих пор стоит пустой.

Глеб отхлебнул вина и проговорил:

– Н-да… Странная история.

– Об том и толкую. Но годится ли она тебе в твою «коллекцию»?

Глеб усмехнулся, достал еще пару монет и прибавил их к той, что уже лежала на дубовой стойке. Озар широкой ладонью смахнул их в карман фартука. Затем чуть нагнулся и сказал, слегка понизив голос:

– Для мужика лучший отдых – провести ночь с красивой и на все готовой девкой. Если хочешь, могу пособить.

Глеб непонимающе посмотрел на Озара, затем усмехнулся и продекламировал:

Нет, приятель, не надо. Но за предложение спасибо. – Он взял кубок и отхлебнул вина. Поморщился. – Кислое у тебя вино, Озар.

– Уж какое есть, – невозмутимо отозвался хозяин кружала и вновь принялся натирать полотенцем стакан.

Пламя свечей в шандалах колыхнулось. Глеб, не оборачиваясь, резко дернул локтем. Бродяга, подступивший к нему сзади, рухнул на пол с разбитым лицом. Из разжавшихся пальцев на пол выкатился нож.

Глеб посмотрел на разбойника через плечо и хмуро проговорил:

– Очередной охотник за головами. – Потом перевел взгляд на целовальника и сказал: – Я тут намусорил. Скажи своим ребяткам, чтоб убрали.

– Уберут, – прогудел в ответ целовальник. Затем насмешливо прищурил глаза и добавил: – Приятно знать, что ты вернулся, Первоход.

Толмач Рамон посмотрел на девушку, спящую рядом с ним, потом отвел взгляд, закинул руки за голову и уставился в черный потолок, по которому прыгали рыжие отблески печного огня.