Глядя на этот странный уродливый гибрид, Первоход передернулся от отвращения.

– Глеб, ты встречал такое прежде? – тихо спросил Рамон.

Первоход качнул головой.

– Нет. Но все выглядит так, словно они недообратились.

– Хочешь сказать, что это полуоборотни? – угрюмо спросил воевода.

– Что-то в этом роде.

Глеб был хмур и выглядел озадаченным. Поразмыслив несколько секунд, он нагнулся, запустил пальцы в длинные волосы женогрудого монстра и потащил его по траве – прочь от ручья.

– Куда это он ее? – удивленно спросил у Рамона воевода.

Толмач не ответил.

Глеб оттащил труп на полсажени, и вдруг ратники негромко ахнули. Шерсть оборотня исчезла, волчьи лапы превратились в руки и ноги, один миг – и взорам путешественников предстала обнаженная, смуглая черноволосая девушка.

– Это ж девка! – хрипло выдохнул кто-то из стрелков.

– Газарка! – поддакнул другой. – Из лесного племени!

Воевода повернул голову к Глебу и растерянно пробасил:

– Как это получилось, ходок? Отчего тварь стала девкой?

Глеб ничего не ответил. Он молча прошел к следующему трупу и волоком подтащил к голой девке. И труп также переменился. Все, что в нем было звериного, стало человечьим, и теперь у ног Глеба лежал не монстр, а невысокий, худощавый, скуластый парень с черными волосами. Открытые глаза парня были раскосыми, а на подбородке и под плоским носом пробивалась скудная черная растительность.

– И этот схож с газаром, – угрюмо проговорил Бранимир.

Рамон сглотнул слюну, отвел взгляд от трупов и посмотрел на Глеба.

– Друг, ты знаешь, как это объяснить?

– Пожалуй, да, – ответил Глеб. – Все три тела лежали рядом, на одной линии. И те части их тел, которые находились ближе к черной сосне, были звериными. Другие – человеческими.

– Ты хочешь сказать, что если бы мы оттащили их в другую сторону, подальше от черной сосны…

– Можно попробовать, – сказал Глеб.

– О чем вы, ходоки? – не понял Бранимир.

– Воевода, прикажи своим ратникам отнести эти тела… – Глеб окинул взглядом деревья, на секунду задумался, а затем договорил: —…Вон к той березе.

Бранимир подал знак ратникам. Четверо стрельцов опасливо приблизились к двум голым человеческим телам. Затем, действуя с явной неохотой, взяли их под мышки и волоком потащили к березе. Когда до березы оставалось не больше двух аршин, ратники испуганно вскрикнули и выронили тела из рук.

Испугаться было чего. Трупы потеряли человеческий облик и в несколько мгновений обросли шерстью. Руки и ноги их превратились в когтистые лапы, лица – в уродливые собачьи морды. Теперь они выглядели в точности так, какими Глеб увидел их полчаса назад.

– Ничего не понимаю! – прорычал воевода. – Что это значит, ходок? Почему они меняются?

Глеб нахмурился и задумчиво проговорил:

– Даже не знаю, как тебе объяснить, Бранимир… Думаю, тут действует какое-то поле.

– Поле? – Бранимир посмотрел на Глеба, как на сумасшедшего. – Какое, к лешему, поле?

Глеб пожал плечами.

– Не знаю. Возможно, электромагнитное. – Он слегка усмехнулся и добавил: – Я не силен в квантовой физике, Бранимир. Возможно, пока они находятся внутри этого поля, они остаются людьми. Но стоит им выйти за границы действия поля, как тут же они превращаются в монстров.

Взглянув на озадаченную физиономию Бранимира, Рамон перевел слова Глеба на понятный воеводе язык:

– Первоход хочет сказать, что кто-то наложил на этих людей заклятие. Пока они не выходят за предел, обозначенный гнилым дубом, березой и ручьем, они выглядят как люди. Но стоит им переступить черту, как чары заклятия начинают действовать, и они тут же обращаются в уродливых тварей.

Несколько секунд все молчали, пытаясь переварить эту мысль. Затем один из ратников негромко проговорил:

– А ведь они и впрямь походят обликом на газаров.

– И не только обликом, – сказал на это Глеб. – До того, как мы их потревожили, они разделывали оленью тушу и полоскали мясо в ручье. У газаров такая же привычка.

– Верно, – подтвердил Бранимир. – Они считали, что отдают часть крови жертвы в подарок хозяйке леса, богине Сорни-Най.

– Я слышал, что племя газаров бесследно исчезло несколько лет назад, – с сомнением проговорил Рамон.

– Верно, – сказал Глеб. – Но, кажется, мы только что отыскали этот «след». Как видите, газары не исчезли. Просто они не могут покинуть пределов…